Неплохо, — оценил я, посетовав лишь на оседающую на губах влагу, да почти абсолютную темноту. Хотя с фонарями — терпимо.
— Фу, черт… Может, найдем что посуше? — Олег сморщился, как от кислого лимона, потирая руки.
Меня тоже коробила сырость, но искать лучшее было некогда. Тем более мы здесь ненадолго — дня на два-три.
— Брось, — отмахнулся Леонид, потягиваясь. — Крыша над головой есть — уже хорошо. Ты лучше займись Зямой. Жопой чую — наш «друг» тут руку приложил. Копни проводку, ты ж у нас электрик.
Олег не был гуру, но с автомобильной электрикой справлялся. Я напрягал память: что делал пацан перед тем, как мотор заглох? Болтал без умолку, жестикулировал…
— Неужели мог из салона что-то кокнуть? Хотя… — под панелью справа висел коммутатор зажигания. Достаточно незаметно подрезать проводок…
Открыв пассажирскую дверь, я посветил фонариком. Все провода на месте, целы. «Значит, всё же случайность».
— А при них никаких документов? — вдруг спросил я, желая узнать имя «штурмана». — Или бумаг?
— Не-а. Пара фоток да золотишка немного, — он достал из кармана грязный конверт. — На, полюбуйся.
Отошёл к слабому свету со стороны ворот. Достал две пожелтевшие фотокарточки. На одной — молодая женщина с малышом на руках. На второй — они же с парнем в гимнастерке и фуражке, улыбающиеся в объектив. В его чертах — несомненное сходство с водителем пикапа, но…
— Странно… — пробормотал я. — Фотографии старые, раритетные, — судя по одежде и фону, года сороковые-пятидесятые. — А парень вроде современный…
— Дай глянуть, — Леонид взял фото. — Похоже, это его дед с бабкой в молодости. Вот тебе и сходство.
Может, и так. Но зачем носить с собой фото давно умерших предков? Обычно носят снимки близких: жены, детей, родителей…
— Не стыкуется как-то…
— Да забей. Нам-то какая разница? Бабка, дедка… Один хрен. Давай лучше трофеем займемся, — вернул он фотки. Под «трофеем» он явно имел в виду пикап.
— А что с ним не так?
— Как-то странно едет, дёргается.
Дерганье заметил и я, но списал на Леонида. Оказалось, нет.
Следующие пару часов копались в «китайце». Мотор — рядная «четверка» — работал ровно, ничего не текло, не стучало. Коробка — «механика» — переключалась нормально, хоть ручка и болталась. Остались под подозрением зажигание и топливная система, но лезть туда без схем и инструмента — себе дороже.
— Может, сеточка на бензонасосе забилась? — предположил Андрей.
— Может. А может, и нет. По-хорошему — давление в рампе померить… Хотя… Ну его. — отмахнулся Леонид.
Он хотел добавить что-то, но рев внезапно ожившего УАЗа заглушил все слова. Знакомый, родной басистый рык!
— Ну наконец-то! — Я искренне обрадовался. УАЗ для меня давно стал живым существом. Сейчас он рычал бодро, готовый к дороге.
— Всё! — Олег подошел, вытирая руки. — Принимай аппарат!
— Что было?
— Контакт на трамблере. Проводок еле держался. И ещё пару мест подтянул, где болталось… Изоленты полкатушки ушло! — он самодовольно хмыкнул.
Значит, УАЗ снова в строю. Можно планировать отъезд. Главное — убраться отсюда побыстрее.
Покрутив руль, переставил Зяму поудобнее. Погазовал минуту — густой, едкий сизый дым заполнил пространство вокруг. Заглушил.
— Ну ты и вонючка… — Леонид закашлялся, размахивая рукой перед лицом. — Весь воздух отравил!
— Зато сырость перебило, — я слабо улыбнулся. — Ладно, распределим добро по машинам и… надо бы разведать окрестности. — предложил Леонид. Убедившись, что в баках пикапа приличный запас бензина, решили уходить порознь — повышая шансы, что хоть один экипаж доберется до дома с вестями.
— И пожрать бы не мешало. Прежде чем гулять, — добавил Андрей.
Вроде только вечером плотно поужинали, но животы у всех давно урчали от голода, — стресс, повышенное внимание да бессонная ночь давали о себе знать.
— Добычу сначала раскидаем по машинам, так чтобы не в «одну корзину».
При упоминании добычи, я внутренне ухмыльнулся. Главный приз — конечно, пулемет. ДШК. Грозное оружие времен ВОВ, но до сих пор способное превратить легкую технику в решето. Одна беда — патроны. 12.7 мм — наверняка на вес золота. Наш трофей — одна неполная лента на 43 патрона. Мало, но лучше, чем ничего.
Кроме пулемета: ППШ с тремя «блинами», два ПМа с горстью патронов. И винтовка с оптикой — ценный инструмент для дальних «разговоров». По здешним меркам — целое состояние. Теперь бы ещё патроны к пулемёту раздобыть, и мы, можно сказать, в дамках.
Ворота прикрыли на засов — мало ли какие гости пожаловать могут. Между машинами растянули две двенадцативольтовые переноски — одной показалось мало в этом царстве тьмы. И только тогда, вооружившись до зубов, двинулись обследовать наше подземное пристанище.
Оно, конечно, обычное овощехранилище. Но спать в кромешной тьме, не проверив каждый угол? Нет уж. Лично я не сомкну глаз, пока не буду уверен, что никакая тварь не притаилась за грудами хлама.
