— Ты издеваешься? — прошипел он. — Отпустил ее в такой момент?
— Пару минут назад ты хотел сделать то же самое, не так ли? — бросил Хаширама.
— Когда она поправится, а не сейчас.
— А потом ты найдешь другую причину, чтобы задержать ее здесь. Откуда в тебе столько эмоций, Тоби? Она хочет помочь нам разобраться в причинах нападения. Ты же понимаешь, что если мы обнаружим, что за этим стоит руководство Танигакуре, проблема выйдет на международный уровень.
— Тебя ждет разочарование, брат! — строго проговорил Тобирама. — Шион поступает так не поэтому. Она бежит от проблемы, не хочет дать мне шанс все объяснить ей. Потому что сделала свои неправильные выводы и теперь не желает никого слушать.
Хаширама замолчал. Сенджу-младший вздохнул и продолжил говорить тяжелым тоном:
— Если она уйдет сейчас, я так и не смогу поговорить с ней. Ты меня знаешь. Я никогда не побегу и не стану упрашивать ее передумать. Поэтому во что бы то ни стало ты должен ее задержать еще на несколько дней.
— Думаешь, если сам придешь к ней, она воспримет это как твой очередной приступ контроля и не станет слушать?
Тобирама опустил уголки губ вниз и из-под полуприкрытых глаз мрачно посмотрел на брата.
— Приступ контроля? Серьезно?
— Ну ты же всегда такой… Строгий, суровый. «Как я сказал, так и будет!» и все в таком духе.
Хаширама говорил и на каждый свой эпитет пародировал Тобираму, пытаясь сделать такое же жесткое выражение лица. Сенджу-младший наблюдал за мгновениями клоунского поведения брата, а потом, потерев переносицу, испустил тяжелый вздох.
— Скажи ей, например, что поиск подходящей команды затягивается. Если она будет подкидывать тебе свои кандидатуры, находи им любые другие миссии.
— Ты же понимаешь, что долго я не смогу тянуть.
— Буду надеяться, что этого времени хватит, — ответил он и опустил глаза на стол. — И приберись у себя на столе! Ками-сама, ты же хокаге!
Хаширама резко опустил плечи и, по-детски надув губы, удрученно наклонил голову в бок.
Когда Сенджу-младший вернулся в кабинет и упал в свое кресло, раздался осторожный стук в дверь. Это был Тэнджи, но Тобирама не хотел сейчас никого видеть. Он не отвечал, оттягивая момент. Но в следующий миг почувствовал, что его ассистент не один. За ним стояла немолодая женщина, взволнованная и раздраженная.
— Войдите! — выкрикнул Сенджу и выпрямился в кресле.
Тэнджи открыл дверь и пропустил женщину вперед. Она вошла смело, да с таким лицом, как будто ей все обязаны, и села в кресло напротив стола Сенджу.
— Сегодня день приема, — робко напомнил Тэнджи. Сделав вид, что он и не забыл вовсе, Тобирама махнул ему рукой, и помощник удалился в коридор.
— Мое имя Гото Кимико, — с гордостью произнесла женщина. — Уверена, вы его знаете, я неоднократно писала жалобы на развлекательный квартал Хакушу, и…
— Да, я помню ваше имя, — закатил глаза Тобирама. — Вы написали пять требований о закрытии Хакушу, на которые я ответил пятью отказами.
— И я не понимаю причины! — она от возмущения подпрыгнула на месте.
— В отказах все предельно понятно написано, у меня сохранились копии, — сказал Тобирама и уже собрался найти их, но Гото его остановила.
— Я прекрасно помню, что вы писали. Но это нисколько не объясняет причин, почему вы отказываетесь закрывать Хакушу! — Гото тараторила высоким скрипучим голосом, и на каждый ее аргумент лицо Тобирамы становилось все более каменным и безразличным. — Коноха — это не место для подобного рода кварталов. Люди, посещающие эти заведения, развращают нашу молодежь, разрушают культуру и никаким образом благотворно не влияют на общество в целом! Мой сосед разорился на азартных играх! Теперь у него забирают дом, а его семья должна будет переехать в скромную деревушку на окраине Страны Огня. А торговец овощами! Он ведь беспробудно напивается каждый вечер, отчего открывает свою лавочку только после обеда! А дочь соседей мой сестры вообще стала… Из-за нужды, разумеется, я не виню ее. Девочка содержит не только свою больную мать, но и младших братьев и сестру. Вы же помощник хокаге, Тобирама-сан! Вы должны решить этот вопрос! Квартал необходимо закрыть!
Тобирама тяжело вздохнул, контролируя свой гнев.
— Повторяю в шестой раз и очень надеюсь, что в последний. Во-первых, Хакушу не нарушает никаких законов. На входе в квартал всегда стоит его охрана, которая проверяет возраст посетителей, отсеивая несовершеннолетних. Во-вторых, хокаге и я не несем ответственность за людей, наказанных из-за собственного слабоволия. Они сами идут туда, никто насильно их не тащит. В-третьих, культура населения не будет падать, если люди научатся контролировать свои темные стороны. Занимайтесь своим саморазвитием, будьте примером для других, а не обвиняйте во всех бедах третью сторону.
— Вы говорите одни и те же вещи, но не можете понять, что не будь этого квартала, людям некуда будет пойти, чтобы оставить свои деньги.
— Дело не в Хакушу, а в самих людях. Если захотят, найдут другой способ потешить свои пороки. Как будто выпивки, азартных игр и разврата не было без этого района.
Гото фыркнула и снова подпрыгнула на месте.
