Когда я отказался от должности заместителя управляющего, Борис Васильевич очень огорчился:
— Я вас видеть не хочу! — взорвался он. — Не попадайтесь больше мне на глаза! Вы для меня списаны.
В марте – апреле 1966 года в Москве состоялся «исторический» XXIII съезд КПСС. Из общего ряда себе подобных он запомнился мне тем, что в соответствии с решением Пленума ЦК КПСС, состоявшегося после закрытия съезда, Брежнева стали именовать Генеральным секретарем. Этот высший партийный пост был учрежден в апреле 1922 года, когда Генеральным секретарем был избран И. В. Сталин. После смерти Иосифа Виссарионовича пост Генерального секретаря был упразднен. В сентябре 1953 года был учрежден пост первого секретаря ЦК КПСС: в 1 953–1964 гг. его занимал Н. С. Хрущев, а в 1 964–1966 гг. — Л. И. Брежнев. К очередному преемнику «высшая благодать» нисходила «по заслугам», одну из которых подметили братья Стругацкие в повести «Трудно быть богом»: «Умные нам не надобны. Надобны верные».
…Во время приездов в Ставропольэнерго в 1967 году Автономов меня не замечал. Мы с ним вновь сошлись только в 1968 году, когда начальник Главюжэнерго приехал отдыхать в кисловодский санаторий имени Серго Орджоникидзе. В здании, построенном в дворцовом стиле неоклассицизма, Борис Васильевич примирительно произнес:
— Ну, ладно, год прошел. Я вас прощаю.
В качестве жеста доброй воли он поручил мне подготовить доклад о состоянии дел в распределительных сетях, путях их совершенствования и повышения надежности. Если раньше, пояснил он, объектом заботы Министерства энергетики и электрификации СССР в основном были системообразующие сети и генерирующие источники, то теперь, после реформирования отрасли, наступила пора поворачиваться лицом к распределительной сети. Уровень напряжения в распределительной сети был относительно невысокий, от 0,4 до 110 кВ, но она имела свою специфику, была более трудоемкой, чем системообразующая сеть.
Что делает дисциплинированный солдат, получив приказ от своего начальника? Отвечает «есть» — и идет выполнять. Выполнять так, чтобы душу не парализовало сомнение в положительном исходе порученного дела, чтобы страх не повелевал умом, а руки не цепенели от нерешительности. Охваченный творческим порывом, я объездил множество энергосистем, знакомясь с их распределительными сетями, ходил, 166 присматривался, сопоставлял, анализировал. К установленному сроку доклад был готов.
Я выступал на совещании, проходившем на базе Грозэнерго, в городе Грозном (Чечено-Ингушская АССР), в присутствии представителей всех эксплуатационных главков Минэнерго СССР. Доклад специалистам понравился. По окончании совещания многие из них просили Автономова размножить текст доклада и разослать его по энергетическим предприятиям в качестве инструктивно-директивного документа. Министр энергетики и электрификации СССР Петр Степанович Непорожний, подписывая приказ о моем материальном поощрении, эту идею поддержал. С этого времени на министерском уровне во мне увидели специалиста, разбирающегося в распределительной электрической сети. Вскоре наше предприятие стало одним из лучших в Министерстве, к нам даже зачастили делегации перенимать опыт работы. Со своей стороны мы имели профессиональные контакты со многими предприятиями энергосистем Юга страны, но более тесные — с Азовскими электрическими сетями Ростовской области. Во главе программ этих отношений был вопрос о путях повышения уровня надежности, безопасности и живучести распределительных сетей и энергосистем в целом.
1968 год запомнился мне тремя событиями. Первые два — печальные. 27 марта погиб первый космонавт планеты Земля Юрий Алексеевич Гагарин. Своей яркой звездной жизнью он доказал: глубоко ошибаются те, кто полагает, что нужен большой промежуток времени, чтобы сложилась легенда. А через два месяца, 30 мая, умер мой дед. Андрей Иванович Акулов умиротворенно скончался в возрасте 86 лет, лежа на левом боку лицом к стене. В десять часов вечера к нему подошла бабушка, чтобы напоить кефиром, а он уже не дышал. Мой дед жил на земле под девизом: «Лучше умереть, когда хочется жить, чем дожить до того, что захочется умереть». В последний путь полного Георгиевского кавалера провожали все знавшие его соседи. Русские, осетины, ингуши, греки, армяне одной семьей сидели за поминальными столами, развернутыми во дворе дома и вдоль улицы Свободы города Владикавказа, ставшей последним земным адресом Андрея Ивановича.
Ну а третье событие 1968 года было связано с большой семейной радостью: 18 июня Тамара родила вторую дочь. Мы назвали ее Ларисой. Сын Андрюшка, о ком мы мечтали, опять не получился. Зато Лариса, наслышавшись о нашем неосуществленном желании, уже в трехлетием возрасте лепетала: «Я — папина Андрюшка!»