— Ты, наверное, устала с дороги? — он понял намек. — Идем, я провожу тебя в свою комнату. Увидимся вечером, ребят, — он отсалютовал друзьям.
— Отлично, — Эмма взяла Тима под руку, и они вместе двинули к выходу из здания школы.
— Надеюсь, ты пойдешь гулять с нами? — крикнул им вслед Антонио.
— Ну, вы же должны будете проводить меня до гостиницы, — рассмеялась она.
С братом под руку Эмма покинула здание и вновь оказалась во власти японской осени. Пока еще светило солнце, и небо не было затянуто пеленой облаков, атмосфера терялась, ускользала сквозь пальцы, и хотелось остаться еще ненадолго здесь, в этом городе, в этой осени. Но она не могла. Тим закурил, и дым причудливым узором взвился вверх, а Эмма осуждающе покачала головой. Она не одобряла этой привычки брата, но не могла запрещать ему, ведь это был его собственный выбор. Наконец, решившись, она подняла на Тима лукавый взгляд.
— Тим, а Франциск давно в драмкружке?
— Да, — помрачнев, кивнул тот. — Пятый год.
— А почему в прошлый раз?..
— Задержали дома, — не дожидаясь окончания вопроса, отрезал Тим. — Забудь о нем, Эмма.
— Это еще почему? — она встала в позу, уперев руки в бока. — Недостаточно хороша?
— Слишком хороша, — Тим глубоко затянулся и, выпустив дым, продолжил: — Он бабник. Встречался с Артуром и ходил налево чаще, чем по нужде.
— Значит, он просто его не любил, — решительно возразила Эмма. — Может, я смогу изменить его?
— Не надо, Эм. Он просто воспользуется тобой, как девушкой на одну ночь, — де Вард выкинул окурок в урну и поднялся на крыльцо общежития.
— Хорошего же ты обо мне мнения, — надулась Эмма.
— Я просто о тебе беспокоюсь, — он потрепал ее по голове, открывая дверь и пропуская Эмму в холл.
— Комплекс старшего брата? — рассмеялась она.
Они поднялись в комнату Тима, которую он делил с еще одним парнем. Тот, правда, пока был на фестивале, и знакомство не состоялось, но Эмма удовлетворилась исследованием его разбросанных в беспорядке вещей. Тим принес ей в комнату чай и вазочку с печеньем, а сам сел на кровать с чашкой крепкого кофе.
— Как дома дела? — наконец подал голос он.
— Летом надо было приезжать, — обиженно пробубнила Эмма, уткнувшись в кружку. — Все у нас хорошо! — она решительно улыбнулась, обернувшись к Тиму. — Отец как заболел Мишелем после твоего отъезда, так и не вылечился. У нас теперь культ Мишеля: все для него, все, лишь бы он был счастлив, и никому нельзя даже косо посмотреть на золотого ребенка. Знаешь, сколько денег он тратит каждый день? — Тим рассмеялся, вспоминая младшего братца: ему сейчас было одиннадцать лет, и круг его интересов ограничивался вкусной, но вредной едой, дорогими игрушками и разными электронными приборами для игр. — Мишель скучает, — чуть тише добавила Эмма. — Говорит, ты козел, потому что бросил нас, но я вижу, как он ждет. Черт, говорю, будто мы с тобой его родители, и ты — нерадивый папаша, который сбежал от ответственности! — тряхнув головой, фыркнула она, вызвав на губах Тима нежную улыбку. — Зато отец тобой гордится, рад, что вырастил не маменькиного сынка, который при любой возможности домой срывается, а достойного наследника.
— Значит, справляетесь, — он расслабленно откинулся на кровать, едва не ударяясь головой о стену. — Передавай от меня привет мелкому.
— Сам передашь, когда приедешь, — Эм устроилась рядом с братом, так же, как и он, глядя в потолок.
— Эмма… — ирония и усталость смешались в голосе. — Обещай, что передашь.
— Обещаю, — отмахнулась Эм. — Но не гарантирую, что он не попросит в ответ передать тебе идти куда подальше, — она снова тихонько рассмеялась.
— А ты? — Тим повернулся к ней, напряженно вглядываясь в родные черты.
— Что «я»? — де Вард ответила заинтересованным взглядом.
— Как у тебя дела? — приподнялся на локте Тим.
— Скучаю, — честно вздохнула Эмма. — Не нужно оправдываться, я все понимаю, — она улыбнулась. — Просто… нет, это неважно, забудь.
— А Тони прав, ты очень повзрослела, — вздохнул Тим. — Говори уже, чего тебя беспокоит? Я помогу.
— Как в детстве, — мечтательно потянулась Эмма. — Я боюсь, что ты меня забудешь. Увлечешься этой новой жизнью, и нашей дружбе конец. Ты не заметил, как мы отдалились друг от друга? Раньше все доверяли, а теперь я не знаю даже, какой у тебя любимый фильм, есть ли у тебя девушка и сколько раз в день ты куришь…
— «Престиж», нет, три-четыре.
