Спустя еще какое-то время, в воображении Феличиано равное вечности, а на деле — примерно часу, ему стало казаться, что все напрасно, что сегодня Ловино никуда не пойдет, или что он уже успел проскользнуть незамеченным. Зря потраченный день определенно наводил на грустные мысли, за которым Варгас едва не пропустил из виду Ловино, когда тот, воровато оглядываясь, вышел, ссутулившись, из светлого здания общежития. Феличиано вздрогнул, дернулся в своем укрытии, чем выдал бы себя, не будь его брат так увлечен тем, что ему, видимо, предстояло там, за воротами «Кагами», но все-таки смог бесшумно проследовать за Ловино.
Тот шел быстро, спрятав голову в плечи, будто боялся, что кто-то может его окликнуть. Иногда он вздрагивал от шума чьих-то голосов, резких вскриков или неожиданных взрывов хохота. Феличиано хорошо знал направление движения Ловино — не потому, что сам был завсегдатаем этого заведения, конечно, просто так уж получилось — он направлялся в местный молодежный клуб, где продавали все и всем. У местечка была, наверное, даже более дурная слава, чем у близлежащего бара, куда тоже частенько захаживали ученики колледжа, поговаривали даже, что там кого-то убили во время пьянки. И когда он был уже уверен, что Ловино направляется прямо в это логово разврата, тот неожиданно свернул в близлежащий темный тесный переулок. Отсутствие вообще какого-либо освещения сильно напугало Феличиано, но он решил, что раз уж взялся за это дело, должен довести его до конца. «Тем более, — решил он, — в такой мгле меня точно никто не заметит». Кстати, Ловино, кажется, прекрасно здесь ориентировался, потому что он, не запнувшись и не матюгнувшись ни разу, что уже само по себе было странно, постучал в какую-то дверь. Та приоткрылась, и свет из щелки вырвал кусок кирпичной стены напротив и бледное, как у покойника, лицо Ловино.
— Мне нужна помощь, — еле слышно пробормотал он, так что Феличиано едва разобрал. — Пожалуйста, дайте мне ее…
— Ты принес деньги? — пренебрежительно отозвались с той стороны.
— Нет, но я принесу! Клянусь, я все отдам… — впиваясь пальцами в косяк, чтобы не позволить закрыть дверь, ответил Ловино.
— И где ты возьмешь такую сумму? — рука в черной кожаной перчатке и таком же рукаве куртки оттолкнула его от входа, так что Ловино упал, не удержав равновесия. — Ты — ничтожество — даже если продашь всего себя и своих родственников на органы не расплатишься и наполовину!
— Но мне нужно! — Варгас почти рыдал, и если бы Феличиано не знал, что это действительно его брат, никогда бы не поверил, что этот унижающийся, едва ли не на коленях выпрашивающий что-то отброс — его любимый Лови.
— А мне нужно, чтобы ты проваливал и не возвращался, пока не соберешь деньги! — холодно отрезал мужчина по ту сторону двери. — Лучше уходи, пока мне противно поднимать на тебя руку, или серьезно нарвешься, Варгас. Хотя ты уже нарвался, судя по приказам босса.
— Постой, прошу, умоляю! — черный силуэт, который никак не мог быть Ловино, предпринял жалкие попытки подползти к заветному свету.
Феличиано видел со своего места, как он вцепился пальцами в руку собеседника, как потянулся к ней губами, видимо, целуя, как снова опустился на колени… Он с трудом поборол рвотные позывы, отвернувшись, не желая больше смотреть подобное унижение. Феличиано, конечно, знал, что ничем хорошим Ловино не занимается, но никак не ждал увидеть что-то подобное. Он даже надеялся наивно, что его Ловино просто связался опять с уже местной мафией или якудза.
— Недомерок! — когда свет из широко распахнувшейся двери раскрыл его убежище во мраке, Феличиано действительно испугался.
Он буквально почувствовал на себе испепеляющий взгляд того, кто заставлял Ловино так себя вести, и, обернувшись, столкнулся с ним лицом к лицу. Мужчина, весь одетый в кожу, за волосы держал Варгаса, уже занеся руку для удара. Но смотрел он не на Ловино, а прямо в глаза ему, Феличиано. Криво усмехнувшись, он одним легким движением кинул Ловино куда-то в недра здания и, подмигнув замершему в самом, наверное, большом ужасе в своей жизни, оставшемуся на улице Феличиано, захлопнул массивную железную дверь, словно бы навсегда отрезал его от брата.
***
— Ве-е, Альфред, могу я увидеть Антонио? — мягко улыбаясь, почти пропел Феличиано.
— Конечно, — Джонс ослепительно улыбнулся, пропуская его в блок. — Тони, к тебе гости! — громогласно завопил он, пару раз ударив в дверь соответствующей комнаты.
— Гости? — сонный растрепанный Каррьедо высунулся наружу, тут же сталкиваясь со странным взглядом Феличиано. — Ты?! — он поспешно забрался обратно к себе, приглаживая волосы и натягивая рубашку. — Чем могу помочь? — Антонио обаятельно улыбнулся, вновь показавшись из комнаты.
— Как давно ты последний раз видел Ловино? — тихо спросил Феличиано, тут же поджимая губы: обращаться к Тони за помощью было последним, что он хотел сделать в своей жизни.
— Около месяца назад, в школе, — тут же помрачнев, в тон ему ответил тот. — А в чем дело?
