Шатающейся походкой он доплёлся до кухни, в три глотка опустошил кувшин с водой. Руки его дрожали. Немного придя в себя, он решительно отказался от навязчивой и абсолютно смехотворной мысли немедленно обратиться в полицию: если уж у Кальта хватило наглости заявиться на Нова Мондо, то ловкости скрыться хватит и подавно, даже если на уши поднимутся все патрули колонии. А если и нет, как Дейв станет объяснять полицейским свою связь с «Байярдом»? И кто после этого будет разбираться с треклятым «Вайндо»?
Выпив ещё воды, Дейв вернулся в гостиную и взялся за планшет, оставленный Кальтом на диване: следовало послать несколько сообщений осведомителям и поторопить их с ответом. Однако пальцы слушались плохо, а планшет то и дело норовил выскользнуть из вспотевших ладоней, так что вскоре Дейв плюнул на бесплодные попытки и уронил голову на руки.
Ну почему всё это случилось именно с ним?! Мало того, что на затребованную Кальтом компенсацию Дейву пришлось пустить почти все свои сбережения (ведь светиться перед начальством и объяснять, с чего это вдруг исполнитель запросил сверх оговорённого, было недопустимо), так теперь ещё и…
Ненавистный «Вайндо» прочно встал ему поперёк горла, уничтожив огромный моток нервных клеток и пустив размеренную жизнь под откос, и ликвидацию корабля Дейв считал оправданной жертвой. Хоть вина большей части этих людей и была лишь в том, что они очутились не в том месте и не в то время. К тому, что жертвы не ограничатся экипажем, он был готов куда меньше.
И уж точно Дейв был не готов к тому, что человеком, выпустившим из глубин ада демона по имени Рихард Кальт, окажется он сам.
И что теперь вся эта кровь будет на его собственных руках.
Станция была огромна. Она опоясывала астероид плотным кольцом, щерясь шипами антенн и змеями тросов. Если судить по размеру, естественная сила тяжести там вряд превышала десятую долю g, а поэтому вся станция представляла собой гигантскую гравитационную центрифугу.
Прежде чем получить разрешение на стыковку, «Вайндо» пришлось сделать несколько кругов по орбите, выравнивая скорость с вращением станции. Пристыковавшись, корабль приступил к обнулению компенсатора. Порт был одним из самых густонаселённых районов «Корда-2», что не допускало размещения в доках мощных канселяционных установок. Вместо них были так называемые «медленные», так что предстоящая процедура должна была занять не меньше пяти часов.
Действовать было решено двумя группами. Кристоф, Ррагна и Эйнсток отправлялись на поиски нужного им гарргола. Что до Ррагны, то объективно её присутствие не несло никакой полезной нагрузки. Однако попытка оставить любопытную пришелицу на корабле, когда по ту сторону шлюза её ожидала огромная, полная разномастных инопланетян и прочих интересностей станция, была заранее обречена на провал.
К тому же дополнительный член экипажа мог оказаться полезным в том случае, если обнаружить Наут Тер Иззара в указанном месте не удастся.
– А если он отказаться помогать, ты его – хрясь! – со всей своей непосредственностью предложила Ррагна, красочно изобразив Эйну переламывание воображаемого противника через колено.
– Неприемлемо, – Эйнсток покачал головой. – Агрессивное поведение с большой долей вероятности спровоцирует ответную агрессию. В этом случае я буду защищать свою жизнь. Это привлечёт количество внимания, несовместимое с моей безопасностью. Считаю недопустимым доводить до подобного исхода.
Против своего обыкновения, Ррагна ничего на это не ответила. Кажется, она была чем-то расстроена.
Эриху, Штейну и доктору Лиувиллен Штрудль велел отправляться в торговую зону: необходимо было закупить пищевой концентрат, пополнить запасы медикаментов, а также приобрести новые очистные фильтры, большая часть которых пришла в негодность после поломки автоповара. По правде говоря, что восторженно потирающий руки профессор, что как всегда флегматичный Эрих, что заметно нервная Эмильен не разбирались ни в фильтрах, ни в концентратах. Но капитан, по-видимому, решил, что три больных головы в сумме сойдут за одну здоровую. Троица была снабжена чёткими инструкциями, картой станции, доступом к одному из записанных на чужое имя счетов Штрудля и требованием отчитаться за каждый потраченный кредит.
Следить за кораблём и пленницей оставался Брэд. Точнее, за двумя пленницами, потому что Йесси тоже было запрещено покидать корабль. Даже несмотря на то, что после строжайшего выговора от капитана она вела себя на удивление тихо. А на инструктаже и вовсе молчала, подав голос, лишь когда Штрудль уже собирался уходить:
– Я просто хотела сказать вам спасибо, капитан. Спасибо.
– Что?
– За то, что спасли мне жизнь, – Йесси старательно смотрела в пол. – Там, на снежной планете. После всего, что я сделала…
– После всего, что ты сделала, – Штрудль раздражённо повёл плечом, – ты всё ещё часть команды.
Получив свои задания, группы разошлись в разные стороны.
