– Также мне нужно оборудование и софт. Парсер-система с доступом к вычислительным мощностям, весь свежий DDoS-софт.
Наут внимательно слушал, то соединяя, то вновь разводя кончики пальцев.
– От кого следует ждать проблем, если выполню вашу просьбу? – проговорил он, когда Штрудль закончил.
– С чего ты взял, что у тебя будут проблемы? – Кристоф прищурился.
– Обычный порядок вещей: есть заинтересованная сторона и есть пострадавшая сторона. Заинтересованная и пострадавшая. Вы просите об услуге. Значит, есть и тот, кто не хотел бы, чтобы я её оказал. Совсем не хотел. Потому спрашиваю. От кого следует ждать проблем, если выполню вашу просьбу?
– Проблем не будет.
– Сделки тоже. Пока не услышу ответ.
Пауза, возникшая в разговоре, не сулила ничего хорошего.
Перед высадкой Эйнсток получил от Штрудля крайне категоричное требование: не вмешиваться в разговор с гарргола. И он честно выполнял его. До тех пор, пока его собственная безопасность не оказалась под угрозой из-за срыва переговоров.
– Рихард Кальт. Бельгиец, – Эйнсток поймал на себе предостерегающий взгляд капитана, но всё равно продолжил: – Мы подверглись нападению его корабля «Байярд» в системе Юбиферы-11. Ему нужен груз: новейшее корабельное оружие. Оно должно было быть передано контрабандой через наш корабль. Без нашего ведома. Нас должны были уничтожить. Мы дали отпор. И теперь хотим уйти от преследования. Для этого нужно избавиться от оружия.
На несколько секунд вновь воцарилось молчание. Но теперь оно было иным.
– Человек, который говорит правду, – потянул Наут. – Такие встречались мне редко. Совсем редко. Война заставляет много лгать. Война не несёт пользы никому. Ложь не несёт пользы никому. Твоя правда достойна уважения.
– Наутиз, – вновь обратил на себя внимание Хагг, до этого о чём-то негромко переговаривавшийся с Ррагной. – Могу лететь с ними. Услуга – цена за услугу.
– Нет, – Наут резко взмахнул рукой. – Этот корабль не для гарргола. Совсем не для гарргола. За ними идёт опасный человек. Слышал о Рихарде Кальте. Не имею конфликтов с ним. Однако… Будет лучше для гарргола, если этот человек не получит оружие. Будет лучше для всех, если не получит. Дам всё, что нужно. Деньги – цена за услугу.
Он встал, возвысившись над остальными едва ли не вдвое.
– Один пойдёт со мной. В место, более подходящее для сделок, – он чуть наклонил голову в знак прощания.
Штрудль отправился с Наутом обговаривать детали. Хагг, попрощавшись, ушёл за ними следом. Ррагна тут же с восторгом принялась рассказывать Эйну, что её новый приятель вовсе не похож на тех злых и коварных гарргола, о которых она знала по чужим рассказам. Хагг был очень молод по меркам своего народа, впервые покинул родную планету и искал корабль, который мог бы доставить его в соседнюю систему. Ррагна выразила сожаление, что этим кораблём не стал «Вайндо», а также надежду, что когда-нибудь доведётся вновь встретить этого замечательного и очень приятного на ощупь юношу.
За время переговоров в баре заметно прибавилось посетителей: илмеров, ка-терров, тианцев и даже похожих на желе в банке урдов: Ррагна успевала лишь восхищённо вертеть головой, разглядывая диковинных ей пришельцев. А уж когда со стороны небольшого танцпола послышалась ритмичная музыка, она и вовсе взмолилась, чтобы они задержались в баре ещё хотя бы ненадолго.
Эйнсток не стал возражать. Некоторое время он наблюдал за самозабвенно танцующей Ррагной (та искренне расстроилась, когда Эйн отказался идти на танцпол вместе с ней, но огорчения её хватило ненадолго). Затем его взгляд потянулся к стойке, где Барган всё так же методично протирал стаканы.
Андроид. Самообучаемый ИИ. Тот, кого люди создали по своему подобию. Тот, кому они отказали в праве быть человеком.
Как и самому Эйну.
Андроиды были первыми. Первым экспериментом, первой попыткой человека выступить в роли создателя, творца.
Синтетический разум, способный обучаться и принимать решения, уже давно и прочно вошёл в человеческую жизнь в виде ИИ космических кораблей, роботов-прислуги, военных дроидов и множества других приспособлений и устройств, без которых не мыслил своей жизни среднестатистический обыватель. Но лишь придав ИИ форму, идентичную собственной, люди позволили ему осознать себя как мыслящее существо.
Человечество наслаждалось триумфом: на волне эйфории оно создало целое поколение андроидов, способных испытывать сложные эмоции, творчески мыслить, делать выводы и принимать самостоятельные решения. Всё было прекрасно. До тех пор, пока андроиды не начали задавать вопросы. Неудобные вопросы о том, что же на самом деле отличает их от человека. И отличает ли вообще?..
