- «Дунай»! Я «Коршун-два»! С западного направления из района Секешфехервара прямо на нас следуют группы бомбардировщиков противника. Вижу три девятки «юнкерсов». Прикройте. Как поняли? Прием.
Эта просьба произносилась несколько раз. Начальник оперативной группы подполковник Смирнов подбежал к командующему 17-й воздушной армией и, спросив разрешения, громко доложил:
- Товарищ генерал! На двадцать третий танковый корпус налет бомбардировщиков противника. Отражать налет нечем. В воздухе группа истребителей капитана Колдунова закончила барражирование и собирается возвращаться на свой аэродром. У нее горючее на исходе. [195] Следующая барражирующая группа только начинает взлет.
- Вторая группа не успеет. «Юнкерсам» хватит времени отбомбиться, - тихо сказал Судец и быстро схватил микрофон. В воздух полетели слова командующего: - «Сокол-два»! Я «Волга-один»! Немедленно атаковать колонну "юнкерсов", следующих от Секешфехервара на Барачку. Сбивайте в первую очередь ведущих. Как поняли? Прием.
- «Волга-один»! Я «Сокол-два». Вас понял. Атакую.
Группа истребителей капитана Колдунова резко развернулась и, достигнув колонны вражеских бомбардировщиков, с ходу атаковала их. В воздухе завязалась ожесточенная схватка. Один за другим на землю рухнули ведущие эскадрилий. Ведомые бомбардировщики в панике повернули назад, в свой тыл, на лету сбрасывая бомбы куда попало, в том числе и на свои войска.
- Прекрасная атака! Классический удар! Молодцы, уже пятерых «юнкерсов» свалили, - послышался в динамике возбужденный голос офицера наведения авиации при 23-м танковом корпусе.
В этом пятом по счету воздушном бою за один день гвардии капитан Колдунов сбил Ю-88 - ведущего основной колонны бомбардировщиков. Его эскадрилья потерь не имела.
В тот же день в штабе 17-й воздушной армии была получека благодарность летчикам эскадрильи гвардии капитана Колдунова от командования 23-го танкового корпуса. А вскоре истребители этой эскадрильи во главе со своим командиром получили из рук командующего 17-й воздушной армией боевые ордена.
С прибытием генерала Судца на северный вспомогательный пункт управления действия авиации на этом направлении активизировались. Командующий усилил прикрытие наземных войск истребителями и нацелил на танки противника, прорвавшиеся в двадцати километрах к юго-западу от Буды, не только авиацию своей армии, но и все штурмовики, которые по приказу представителя Ставки маршала авиации Ворожейкина действовали в полосе 3-го Украинского фронта.
Весь остаток дня 26-го и утром 27 января 1945 года в воздушном пространстве центральных районов Венгрии безраздельно господствовала советская авиация, Многочисленные большие и малые группы штурмовиков, [196] действовавшие под прикрытием истребителей, заполнили небо юго-западнее венгерской столицы. Они обрушили на танки врага тысячи авиационных бомб, огонь пушек и реактивных снарядов. В воздухе и на земле шли непрерывные ожесточенные бои.
Силы противника таяли, его воля к наступлению была сломлена. Он прекратил атаки, готовясь перейти к длительной обороне. Но 27 января в первой же половине дня мощная ударная группировка фронта, состоявшая из танковых, механизированных войск и кавалерийских соединений при поддержке авиации перешла в решительное наступление на юг и юго-запад в направлении Шарошд и Секешфехервар{22}.
Находясь на КНП командира 23-го танкового корпуса, действовавшего на направлении главного удара, капитан Павленко прямо с поля боя докладывал маршалу Ворожейкину данные о наземном и воздушном противнике, действиях наземных войск и авиации.
В первые дни нашего наступления гитлеровцы упорно сопротивлялись. Но уже 2 февраля начали поспешно отводить свои танки с западного берега Дуная, а к 7 февраля отошли к озерам Балатон и Веленце на прежние позиции. На полях сражений враг оставил множество подбитых танков, штурмовых орудий, бронетранспортеров, автомашин, убитых солдат и офицеров.
Так бесславно закончился третий удар противника на Будапешт. Его наступление было сорвано благодаря мужеству и стойкости воинов всех родов войск, умелому руководству командования фронта, армий и соединений, проявившему в критической обстановке спокойствие, распорядительность, непреклонную волю к победе. Огромная заслуга в разгроме группировки противника, рвавшейся к Будапешту на выручку окруженным гитлеровским войскам, принадлежала авиации, в частности - соединениям штурмовой авиации 5-й и 17-й воздушных армий. Штурмовики нанесли наибольший урон фашистским танковым соединениям.
