Дар полностью

Гром громыхнул с такой силой, что стены затряслись, Антон сжался в кресле, чувствуя, что опять делает то, что получается у людей лучше всего – врет себе. Нет, на каком-то уровне он верил, что поедет в центр и отдаст ее, даже мог представить себе эту картину. Но растущее напряжение внутри, сопротивление того, что логичный голос разума так упорно отрицал, убеждало его в обратном. Никуда он не поедет, а если и поедет, монета останется при нем. Он знал, чувствовал, что не может ее отдать. А почему? Потому что не мог.

И как же ты определишь того, кто заслуживает такой участи, шепнул другой голос, тихий и печальный, он не обвинял и не уговаривал, он просто хотел знать. По какому критерию ты поймешь, что именно этот человек должен умереть или стать убийцей? Просто потому, что тебе не понравится его лицо? Или его походка? А кем же в таком случае станешь ты?

И если никакой души нет, подумал Антон, чувствуя, как это противоречие раздирает его на две части, тогда почему мне так тяжело даже думать о том, что я должен отдать монету, перенести это зло на чьи-то плечи, не спрашивая и не зная человека.

И это трусливое желание поехать туда, где по улицам бродят тысячи незнакомцев, где все видят друг друга в первый и последний раз. Отдать ее и не видеть, как мучается тот, чьей жизнью ты заплатил за свою. Все это уже было до него, тысячи лет история повторялась.

– Она обошла весь мир, – сказал старик, мрачно кивнув на карман брюк Антона, где монета, как ветреная женщина, оказалась между бывшим любовником и настоящим. – Не спрашивай, как я могу это знать, я знаю.

Он усмехнулся, глядя в темное давящее небо.

– Да и ты знаешь, – добавил он, – все, кто носят ее, знают о ней. Это ведь часть ее игры, если бы люди не знали правила, игра давно бы прекратилась.

– А если правила будут нарушены? – прошептал Антон, ни к кому не обращаясь, но старик оборвал его.

– Не болтай ерунды. Эти силы создали мир и двигают им и нами, как гребаный ветер этими песчинками, – он указал грязным пальцем на облачка пыли, летающие по двору при каждом порыве, – не думай, что ты первый, кому в голову пришла светлая мысль. Так было и так будет. Зло гуляет по миру в тысячах обличий, и кто ты таткой, чтобы думать, что положишь этому конец?

– Она говорит, что «конца нет, как такового», – продолжил старик, – а она многое знает, но она как передатчик, небесное радио, и порой сама не понимает, что передает и откуда оно приходит. Она говорит, что добро и зло – две Начальные и Абсолютные силы, они создали все вокруг, они пронизывают каждую частицу, поэтому невозможно уничтожить одну из сил, это просто невозможно. И это привело бы к концу всего, потому что наш мир стоит на этих двух «ногах», выбей одну, и он рухнет.

– Так что можешь не мучиться и не строить из себя святошу. Зло можно лишь удержать на время, но не навсегда. – Старик как-то странно посмотрел на Антона и продолжил, – только не повторяй моих ошибок. Люди садились на корабли и уезжали за моря, пересекали континенты и все ради того, чтобы отдать ее, избавиться навсегда и бежать. Чтобы никто не нашел тебя и не вернул твой подарочек.

В чем-то этот старый бродяга был прав, во многом, но все эти разглагольствования о непобедимом зле и неделимости добра и зла были ничем иным как собственным оправданием и попыткой переложить ответственность за свой выбор. Да, Антон тоже думал, что невозможно уничтожить ни добро ни зло, что это вечная борьба, задуманная кем-то гораздо умнее нас, но каждый сам выбирает за какую сторону воевать. И если нет ничего плохого в том, чтобы забрать чью-то жизнь или душу в обмен на свою, тогда почему это так трудно? Почему люди садились на корабли и бежали подальше от тех, кого обрекли на мучения или смерть? Или увозили ее за океан, чтобы она не попала в руки тех, кто им дорог? Нет, эта монета может и не была воплощением того самого Абсолютного зла, но она точно была тестом, битвой, которую на протяжении веков снова и снова выигрывало зло.

И оно снова выиграет, подумал Антон, и гром как будто подтвердил его мысли, потому что я тоже, как по сценарию, уйду подальше и продам душу в обмен на жизнь тела. Или… но думать об этом ему совсем не хотелось.

Зло – всего лишь половина Абсолюта, и иногда корабли с монетой на борту тонули, Антон знал это, так же точно как и то, что по прошествии десятков лет, и а то и веков, волны прибивали к берегам далеких стран круглый блестящий предмет из чистого золота и кто-то всегда его подбирал. И все начиналось сначала.