– Потому что нет конца, как такового, – прошептал Антон, чувствуя, что дошел до новой глубины отчаяния. А ведь ему казалось, что он уже повидал дно. – Потому что это вечная битва, и теперь этот страшный жребий выпал мне. И мне придется выбирать. Решить, где добро и где зло, и седлать выбор. О Господи, мне придется выбирать.
Но что есть зло? Бороться за жизнь всеми способами? Или позволить себе умереть, фактически убить себя? И в темноте, под звуки бури за окном Антон понял, что никогда не узнает ответ.
***
– Эй, парень, тебе нехорошо? – голос над головой, молодой голос.
Антон пытался открыть глаза, но тьма не желала отпускать его из своих липких объятий.
– Эй, дружище, – снова этот голос, и его обладатель, похоже, испуган, – я вызову скорую, хорошо?
Антон с трудом разлепил глаза, надо было прийти в себя, надо было успокоить того, кто стоял над ним, надо, надо, надо…
– Ничего, – прошептал Антон, – я просто немного…
– Отдохнул? – закончил за него обладатель голоса, облегчение в его голосе было настолько явным, что Антон улыбнулся бы, будь у него на то силы. – Бывает. Это, наверное, погода, тучи всю неделю такие низкие, и еще эта буря позавчера.
– Да, – слабым голосом согласился Антон, невероятным усилием он сумел поднять глаза и увидел молодого парня, не больше 20 лет в широких джинсах и с дрэдами, собранными в хвост. Подмышкой незнакомец держал скейтборд. – Скорее всего, погода.
– Давай помогу, – парень протянул свободную руку, – сможешь встать?
Хороший вопрос, подумал Антон, он и сам не знал, как оказался сидящим на асфальте, спиной он прислонился к какому-то зданию, хорошо хоть не валялся посреди улицы. Но выбора все равно не было, поэтому он ухватился за протянутую руку и собрал в кулак всю свою волю, чтобы не растянуться на этом чистом асфальте дорого района. У него было дело, а поездка в больницу в его планы никак не входила. Тем более, что мы это уже проходили, подумал Антон, напрасная потеря времени. Которого у него уже почти совсем не осталось.
– Сейчас многим плохо, – бодро вещал парень, медленно помогая Антону снова увидеть мир с высоты человеческого роста. И эта бодрость и легкость общения как будто прибавляли Антону сил. – Особенно метеочувствительным. Вот у меня бабушка никогда ничем не болела, а в эти дни уже два раза врачей вызывала, они тоже говорят, все от погоды. Атмосферные колебания или какая-то такая фигня.
Антон, пошатываясь, встал на ноги и тут же ухватился за стену, мир плыл и кружился. Но хоть дышать стало легче, это уже был плюс.
– А ты вообще парень болезный, – непосредственно заметил скейтер, – так что тебе явно не стоило выходить. По крайней мере, одному.
– Это точно, – согласился Антон, вымучено улыбаясь, – я болен и серьезно. И я ушел тайком. Надоело быть опекаемым.
Незнакомец еще раз внимательно оглядел Антона, согласно кивая.
– Может, позвонить кому? – беззаботность пропала с его лица, похоже, он впервые по-настоящему разглядел, что человек пред ним уже почти проиграл схватку за свою жизнь. – Или все-таки врачей вызвать?
Внезапно парень немного отступил, стараясь, чтобы это не выглядело грубо, но мысли на его лице светились, как огоньки в темноте.
– Нет, это не заразно, – устало улыбнулся Антон, такое открытое лицо этого парня развеселило его, впервые за долгое время он по-настоящему улыбнулся, – и спасибо тебе, никто больше не остановился.
– Да не… – замялся парень, явно смущенный тем, что так глупо выдал себя, – и не за что, дружище, я в это, в карму верю. Ну там, делай добро и заработай бонус от вселенной, и все такое.
Антон мог бы с этим поспорить. Собственно, доказательство того, что все эти законы – чушь, лежало у него в кармане, и он мог бы прямо сейчас преподать этому доброму парнишке урок настоящей жизни, в которой добро наказуемо, а зло – непредсказуемо. Мог бы, но…
– Да, слышал такое, – кивнул Антон, – спасибо тебе, еще раз, пусть твой бонус будет побольше. И со мной уже все в порядке, просто…
– Решил немного отдохнуть, – с улыбкой закончил за него парень. И улыбка у него была открытая и доверчивая, улыбка того, кто не видел темную сторону жизни или предпочитал о ней не знать.
Я бы мог прямо сейчас это исправить, подумал Антон, этот парнишка сам нашел меня, идеальная жертва, бабочка, прилетевшая в сети паука. Я мог бы просто сунуть ему эту монету, даже наврать, что это подарок за доброту, он бы поверил. Да, самое страшное, что он бы поверил. От этих мыслей к горлу подкатила тошнота, и Антон понял, что пора отделаться от заботливого незнакомца, пока он снова не грохнулся в обморок или еще чего. И нет, никого искушения не было, был лишь ужас от того, что ему надо было сделать, и отвращение.
