- Глупая шавка. Тебе не уйти, он уже рядом.
Пальцы Волка продолжали скрести пол, взгляд уже остекленел – он давно должен был умереть, но Хаос не отпускает свои жертвы так легко, как им бы хотелось, и сохранял их в сознании, чтобы в полной мере насладиться испытываемыми ими чувствами.
Антей видел, как, почтительно склонившись, легионер пятится подальше от раскрытых ворот. С издевательской четкостью он услышал довольное полушипение-полурычание, постукивание длинных когтей по металлу. Почувствовал холод, исходящий от явившегося за ним кошмара. Он уже ничего не мог сделать – даже моргнуть было превыше его сил.
Чудовищная морда нависла над его лицом. В желтых глазах твари отражались его собственные, когда-то почти золотые, но гаснущие с каждым мгновением. Существо любовалось распростертым телом добычи, внимательно его изучая, а потом заговорило.
- Ты необычный. Кто ты?
Похоже, оно не сознавало, что человек умирал, и ждало ответа. Против воли Антей ответил. Говорить он был не в состоянии, но и тварь говорила с ним, не используя звуков. Слова просто рождались в его гаснущем сознании, и он ответил так же.
- Я – Волк.
Морда, сотканная из темного плотного тумана, осталась бесстрастной, но настроение существа несколько изменилось. Оно веселилось, если это понятие можно было использовать применительно к Нерожденным.
- Волк? Мне нравится этот образ. Пусть будет так.
Тварь раскрыла пасть и оттуда, из черного провала высунулся несоразмерно длинный, тонкий язык, мгновенно скользнувший в рваную рану на груди. На глазах, которые не могли закрыться, выступили слезы, и хрустальными бусинками скользнули по сухой коже, обтянувшей острые кости лица. Он даже не подумал о боли, воспринимая ее теперь отстраненно – ее было слишком много и чувства притупились.
- Очаровательно. Мы не прогадали.
Приподнявшись и глядя на того, кто доставил эту жертву, существо оскалилось.
- Я доволен этим телом. Оставь нас.
Легионер в красном керамите почтительно склонился вновь, и шаги простучали чуть быстрее, чем следовало, удаляясь.
Существо вновь посмотрело на свою добычу.
- Я бы предпочел, чтобы ты был целым, но меня устроит и это. Ты был силен, человек. Я сделаю тебя еще сильнее.
Оно рассмеялось собственной ужасной шутке и вновь приблизилось, обдавая умирающего холодом смертоносной бездны и непередаваемой вонью Варпа, которую Антей чувствовал, даже будучи ментально мало восприимчивый к подобному.
Длиннопалые конечности протянулись к телу человека и легли на изломанное тело, обхватывая плечи. Антей почувствовал прохладу, растекающуюся от туманных лап. Холод был приятен Волку. Он почти перестал чувствовать боль и жжение, и был почти благодарен твари за заботу. Понял, что высказал это ментально он тогда, когда чудовище ухмыльнулось и ответило:
- Не за что.
Когда ослабело то, что мешало сконцентрироваться, Антей вновь обратился к существу, не до конца понимая, что оно такое.
- Кто ты?
Чудовище покосилось на человека.
- Это слишком сложный вопрос. Тебе скоро не придется об этом задумываться. Ни тебя, ни меня не останется. Будем только мы.
Очень скоро Волк перестал чувствовать свое тело вообще и постепенно начал проваливаться в забытье.
- Ты меня убьешь.
Это было скорее утверждение. Существо издало смешок.
- И да, и нет. Ты слишком много говоришь человек. Тебе уже пора умереть.
Антей все же нашел в себе силы закрыть глаза за мгновение до того, как огромные когти разодрали его грудь, выдирая легкие и сердца, едва заметно подающие признаки жизни.
Демон несколько мгновений любовался на обрывки плоти и человека, лежащего у его ног с почти умиротворенным выражение на измученном лице.
Аскафер задрал морду к потолку и одним глотком сожрал то, что лежало в его лапе, звучно чавкнув.
Это было великолепно. Человеческая плоть – всегда лакомство, но сейчас это была не просто еда. Ему нужны были знания, и он их получил. Человек знал многое. Очень много. Слишком много. Фыркая, демон улегся на пол, рядом с погибшим Волком. Ему нужно было в буквальном смысле переварить полученную информацию.
Он узнал все, что знал сам Антей. С удовольствием почувствовал каждую эмоцию человека и зверя, с интересом приняв эту особенность легионера. Она придавала особый привкус его крови и чувствам. Это было любопытно. Это стоило изучить еще более подробно. Такое существо попадается не каждый день и даже не каждое столетие. Оборотень. Большая редкость. Большая удача.
Он увидел, как зверь делал попытки быть бОльшим человеком, чем его брат, словно компенсируя свою сущность. И самое интересное – ему это удавалось. Тут было, над чем посмеяться, и демон смеялся над попытками жалкого человечка изменить свою судьбу, продуманную и сотканную за тысячи лет до его появления. Это все было в планах Изначального Разрушителя. Он всю свою жизнь шел к нему, надеясь, что удаляется от него, смея быть уверенным в этом.
Весь его путь был устлан трупами, хотя сам Кровавый Волк об этом не догадывался. Все, что он пытался сделать во благо другим, редко приносило пользу.
