«Так я и знала, что это будет так себе. Он говорит, что первый раз всегда такой, а потом мне понравится, но не эту ли лапшу все соблазнители вешают на уши девчонкам вроде меня? Хорошо, что мне не надо остерегаться. Они считают, что я дура, но я взяла с него клятву, а она - нет».
«Он был прав – мне понравилось. Наверное, я даже оставлю его себе на какое-то время. С его способностями он обеспечит мне пропуск всюду, где я захочу побывать».
«Сегодня мы едва не поссорились, и я поняла, что нужно с ним быть осторожной. Он не так прост, как кажется. Хорошо, что я взяла клятву».
«Он по уши влюблен в меня и даже предложил жениться. Он сказал, что сделал так, что чары их помолвки будут разорваны сразу после того, как он отречется от нее, что останутся только поисковые чары, но они ничего не значат, если только он не захочет ее найти. «Представляешь, чтобы я ее искал?!» Мы дурачились полдня, как жалко, что уже надо аппарировать обратно. Еще немного потерпеть. И она получит все, что заслуживает!
Как жаль, что нельзя взять сразу все деньги. Вот бы ее вышвырнуть обратно из замка. Надо будет поговорить с ним, нельзя ли устроить пожар».
«Перечитала все книжки про родовую магию, но нет ничего подходящего. Он говорит, что если я выйду из рода, я все равно не смогу ее проклясть. Проклятье все равно достанет меня, так как магия рода Вильярдо слишком сильна».
«Заставила его повторять, что она урод».
«На пожар он не согласился. И раздеть Хуана Антонио и отправить гулять так по магическому кварталу тоже. Сказал, что нужно меньше шума. У мужчин совсем нет размаха. Даже у него».
«Все решится завтра. Он сказал мне быть готовой к утру, но я не хочу ничего брать отсюда. Ненавижу эту дыру. Ненавижу их всех. Ненавижу все, что с ними связано. Но завтра к этому времени я буду уже свободна, я буду делать все, что захочу».
«Еще несколько часов, и она потеряет все. Как бы я хотела делать с ней такое снова и снова, всю жизнь».
Нет, это как-то слишком много. Слишком.
Эухения захлопнула тетрадку, но строчки, исписанные неровным, не устоявшимся почерком, почти детским почерком, прыгали перед глазами, стучали молотками в голове.
«Так я и знала, что это притворство».
«Представляешь, чтобы я ее искал?»
«Заставила повторять его, что она уродина».
«Зверушка… Он сказал, что отделается от него».
Гжегож не любил ее, любил Нику, украл все деньги и пытался убить Мора.
Как это возможно было понять?
За что? За что?!
Она выронила дневник, потянулась за ним и упала на колени.
За что?!
Дотянулась, но едва коснулась обложки, дневник вдруг вспыхнул под ее пальцами, фиолетовая ткань расползлась клочками на глазах, страницы съежились и опять перед глазами поплыли проклятые буквы.
И в голове вдруг сами начали складываться в слова.
Я не знаю, Бог, есть ты или нет, но если ты есть, ты самая бессердечная тварь на этом свете, и я тебя проклинаю!
И Эухения не выдержала и закричала.
Потом, уже понимая, что происходит, в последней нелепой попытке сдержаться обхватила себя руками. Но яростное, глубокое, однажды разбуженное невозможно было остановить. Краем глаза она видела бегущего к ней, спотыкающегося на песке Ромулу, но адское пламя уже вырвалось наружу, выплеснулось, разлилось по озеру гигантской раскаленной волной, и ни прохлада воды, ни ветер, беснующийся в соснах, не в силах были остановить его.
========== Глава 124. Потерявшаяся вода ==========
Сова прилетает, когда я обрабатываю ингредиенты, только что собранные в сыром лесу. Мозг не занят, руки все делают сами, да даже если бы и был занят, мысли все равно свернули бы куда не надо. Чертов мальчишка, проводит со мной несколько жалких часов в сутки, а по факту отнял у меня всю жизнь. Порой мне даже кажется, что Альбус позвал его сюда для того, чтобы я убедился – так жить нельзя.
Для чего-то же он должен был его сюда позвать, а это самое безобидное, что можно представить. Дааа, пытаться понять планы Альбуса – задача сама по себе безнадежная. У него «в карманах» всегда найдется что-то еще. Лучше уж думать о тех минутах, когда мальчишка здесь. Бесстыдно, медленно, трется об меня, вызывающе глядя в глаза. Будто бы змея смотрит на того, кто играет на дудочке, вроде бы и послушна, но остается шанс, что укусит. И на самом деле непонятно, кто из нас змея. В этот момент слова Хенрика меня удивили бы, потому что я загораюсь сразу весь. Этим дурацким томлением, мысли путаются, и спроси меня про основной ингредиент самого простого зелья – например, перечного, я ведь не расскажу.
Нет, Альбус прав… прав…
