— … а должны? – может ветерок намагичить? А то мое обоняние скоро объявит мне аллергию пополам с атрофией, (красивое слово, от Сани как-то слышал). Вот и Гай уже давится рвотными позывами.
— Нет, вы только подумайте! Какая наглость! — неожиданно разозлился Муфалим, — заставили ждать их два часа под дверью и ничего не принесли!
А-а! Как я мог забыть? Санин учитель обычный человек, и не видит в темноте. Он явно принял нас за кого-то другого.
— Лэр, — осторожно сказал я. Ну, а вдруг у него сердце слабое, испугается еще, — возможно мы не те, кого вы ожидаете.
Архимаг щелкнул пальцами, и над нами повис «светляк».
Сцена, что называется – приплыли. Человечек, росточком мне чуть выше пояса, увидев нас с корзинкой, где Пончик усиленно прятал мордочку в мягком пледе, застыл с открытым ртом. И широко раскрытыми глазами. И, кажется, перестал дышать. От радости, не иначе.
— Т-тиш-шан? — отмер он. В его исполнении это прозвучало как-то по-змеиному, и я неосознанно закрыл нас с дракончиком радужной сферой. Обрадоваться-то он обрадовался, но кто знает этих архимагов, сейчас он мне рад, а через мгновение припечатает чем-нибудь убойным. Даром, что коротышка.
«Нас не ждали, а мы припёрлися» — прокомментировали у меня на поясе.
— Тишан! — на этот раз возглас прозвучал нормально. — Вот так неожиданность! Ох, что это я? Проходите скорее. А, да, запах. Сейчас-сейчас...
Муфалим засуетился, торопливо закрывая за нами дверь и мимоходом «смахивая» специфическое амбре, шедшее от выставленных экспонатов. А, заодно, возвращая им нормальный «не человеческий» вид. И вовремя. Дракончик от избытка впечатлений собирался грохнуться в обморок.
— Идемте! Идемте на кухню! Вы с дороги, сейчас что-нибудь придумаем, приготовим.
Я с затаенной надеждой ждал, когда прозвучит имя. Единственное имя, от которого становится горячо где-то в груди и хочется повторять его снова и снова. Финна. Она, наверняка спит, но, может быть, Муфалим ее разбудит? Как тогда, в конце лета. Когда мы спасались у него от погони. Она ведь его родственница и должна быть здесь. Обязана! Она же во дворце занимается цветами, и где ей жить, как не у дядюшки?
— Марат! — радостно крикнул маленький архимаг, — гости у нас!
— Вижу, — на кухню улыбаясь во все тридцать два, вошел крепкий паренек, в котором я еле узнал своего академического приятеля. После нашего феерического побега из королевской сокровищницы, когда Машка тащил на себе Марата, больше похожего на обтянутый кожей скелет, сейчас этот скелет оброс мышцами, как-то весь налился силой и даже раздался в плечах. Хотя, еще в Академии мало кто отваживался схлестнуться с некромантом в драке один на один. Это я так завидую. Да что там говорить, разочарован я был. Не его выхода ждал. Но парень жив, и даже здоров, а это радует.
Марат обхватил меня своими лапами.
— Здорово, спаситель! — отпустил, ткнул кулаком в плечо, — вы откуда такие красивые?
Хорошо, что за время моих странствий я разучился краснеть. А то бы залился краской по самые уши. Мы с дракончиком были похожи на двух бездомных, и, наверняка, запах от нас шел соответствующий.
— Молодые люди! Ко мне кое-кто с визитом должен пожаловать, так что сами тут, сами, — успешно отмазался карлик от ритуала гостеприимства и поковылял прочь.
Марат усмехнулся ему вслед и тоном, не терпящим возражений, скомандовал:
— Дуйте в купальню. А я пока вам белье найду и на стол соберу.
2
Через час мы отмытые и переодетые в чистое уплетали воздушные эклеры, пили какой-то совсем экзотический чай непонятного происхождения, (Муфалим категорически отказался называть поставщика), и вполуха слушали подробный рассказ о том, как великий… ой, простите, всего лишь одаренный и трудолюбивый маленький лекарь все-таки создал на основе банальной крапивы и зеленых яблок уникальное средство от аллергии на кошачью шерсть. Ну, и на всю остальную заодно. Поэтому Пончику великодушно разрешили обнюхать каждый угол полуподвального дома, нагло затребовать себе пирожное и задрыхнуть прямо на табурете около кухонного стола.
А я не мог отделаться от предчувствия очередного предательства. Откуда появилась эта навязчивая мысль, не знаю. Муфалим искренне радовался нашей встрече, даже был горд, что я выбрал именно его дом своим пристанищем, и никаких иных эмоций я не ощущал. Впрочем, уже только одно укрывание и лечение «государственного преступника» Марата говорило само за себя – маленький человечек не боялся никого и ничего. Ясное дело, дураком он не был и на рожон против существующего порядка не лез. Но мяукали в моей душе безрадостные кошки, еще не понимая что их так тревожит. А применять ментальную магию на архимаге, это даже не смешно, это чревато.
В конце-концов, теряться в догадках мне надоело, и я задал единственный вопрос, которые интересовал меня здесь и сейчас.
— Мэтр, а где Финна? — голос почему-то подозрительно просел, — она вернулась доучиваться в Академию?
Ответа я ждал со страхом, отчаянно не понимая, почему вдруг стало так тоскливо. И тихо.
