Все звуки смешались воедино. Дилан не мог различить ни радостных голосов рыцарей, смеющихся над страданиями животного, ни лёгких всплесков озёрных волн. Подняв голову и открыв заливающиеся кровью глаза, он увидал, что из шеи Льдинки торчали две стрелы, а она сама больше не шевелилась.
Заплакав, Дилан взял в руку лук, достал из колчана стрелу и выстрелил в одного из преследователей, убив его. Потом потянулся за другой стрелой, но остальные успели схватить Дилана раньше, заломили ему руки, сломали лук и откинули в сторону стрелы.
– Нам велено доставить его живым, – пытался успокоить своих спутников один из оставшихся в живых рыцарей.
Дакс поставил Дилана на колени, продолжая держать его руки за спиной, и со всей ненавистью наступил ему на правую ногу.
Дилан взвыл от боли.
– В живых? Он только что застрелил Гелиана, – негодующе сказал рыцарь и ударил юношу по лицу так, что у того из носа хлынула кровь.
Дакс схватил Дилана за волосы и дёрнул его голову вверх.
– Слышишь меня, да? Помнишь Фергуса? Я тебя спрашиваю, ублюдок, ты его помнишь?!
Дилан попытался кивнуть.
– Конечно, ты его помнишь. Он ведь вступился за тебя тогда, перед началом суда. А знаешь, что с ним стало? Знаешь, где он теперь?
– Нет, – выдавил Дилан.
– Его заживо похоронили вместе с твоим отцом, – сказал Дакс сорвавшимся голосом. – Бей его, Рилас!
И рыцарь, упиваясь своим превосходством, нанёс ещё один удар.
– Живьём, понимаешь? – продолжал Дакс. – Вместо тебя. За то, что не смог уследить за тобой. У него вся жизнь была впереди, кусок ты дерьма. Он с добротой относился ко всем, но ему просто не повезло сторожить твою поганую камеру. Бей! – Рилас со всей охотой повиновался.
– Прекратите. Вы убьёте его, – старался вразумить других безымянный рыцарь.
– Заткнись! Либо присоединяйся, либо не вмешивайся, – крикнул Рилас и снова ударил Дилана. Тот едва не терял сознание.
– Давай прикончим его? – предложил Дакс. – Браверу скажем, что никого не нашли.
– А про Гелиана скажем, что потеряли? – ответил вопросом Рилас. – Нет. Мы привезём обоих. Два трупа. Объясним это тем, что при задержании он оказал нам сопротивление. Да, подонок? – в этот раз он замахнулся с ноги и попал по лицу так, что даже Дакс не сумел его удержать.
Лазурный камень вылетел из грудного кармана. Дилан схватил его левой рукой. Только собрался Рилас опять пнуть свою жертву, как из озера начала подниматься вода, образовывая над его головой водяную сферу. После чего та опустилась ему на плечи.
– Что это? – выкрикнул изумлённый Дакс.
Рилас махал руками, пытаясь избавиться от воды, но толку от этого не было никакого. Она заливалась в нос, в рот, в уши, и в конце концов рыцарь упал замертво, а шар из воды тем временем уже окружил голову второго рыцаря. Покончив и с ним тоже, сфера упала на землю, разлив воду по поверхности.
Дилан сидел на коленях, крепко держа камень в руке и наблюдая за тем, как Дакс пытается убежать вслед за испуганными конями. Вдруг он обнаружил, что рядом с ним стоят трое странных существ величиной в пару-тройку локтей в позолоченных плащах с капюшонами и о чём-то между собой бормочут, словно на чужом языке. Один из них подошёл к Дилану и сказал:
– Ты пойдёшь с нами.
Впервые за всю свою сознательную жизнь Эйден проснулся с утра без посторонней помощи. При этом он чувствовал себя бодрым и отдохнувшим.
– Выспался? – поинтересовалась вошедшая в пещеру Ранда.
– Да, – ответил Эйден, радостно потягиваясь на покрывале. – И почему я раньше не спал на спине?
– Наверное, считал такую позу неудобной? – предположила прислужница.
– И потому, что раньше не было рядом успокаивающей лонгутовской музыки. Да и чаем с мелиссой перед сном меня никто не поил.
– Я принесла тебе завтрак, – сообщила Ранда, поставив на стол поднос.
– Спасибо, уже иду.
Эйден забрался на стул. От одного только запаха у него обильно текли слюнки. Ему предстояло полакомиться пышными лепёшками, обильно политыми кленовым сиропом, и запить всю эту вкусноту чаем с корицей. Усевшись поудобнее, он принялся есть.
– Когда закончишь, обязательно примерь рубаху, – сказала Ранда набившему рот до отказа юноше.
– Орофо.
Прислужница села на пол и стала наблюдать за Эйденом.
– Вкусно?
– Ещё бы, – пробормотал юноша, проглатывая очередной кусок.
Ответ сильно обрадовал девушку-лонгута.
– Я сама приготовила, – робко призналась она.
– На этом свете есть хоть что-нибудь, чего вы не умеете либо делаете плохо?
Ранда, оценившая комплимент, улыбнулась и пожала плечами.
– Не хочешь присоединиться ко мне?
– Нет, спасибо, я уже позавтракала.
– Жаль, я был бы рад твоей компании.
– Я ведь всё равно здесь.
– То совсем другое.
После недолгой паузы прислужница смущённо сказала:
– У тебя красивые волосы – огненные. Как будто лучик солнца сейчас в пещере.
– Меня мама часто называла «солнышко», – признался Эйден. – Ты не представляешь, как меня это доставало.
– Она же не хотела тебя обижать и говорила любя.
– Да… Именно так она и говорила. Ну что, пойдём мерить подарок? – спросил юноша, закончив есть.
– Спускайся.
