Но некоторое время назад моя сумка стала зарастать. Болезненная чувствительность накатывала только накануне месячных, когда организм горевал, что снова приходится выбрасывать прекрасную яйцеклетку, и я два дня рыдала по невозможным поводам. В остальные дни надпочечники хотя и с трудом, но удавалось контролировать. Сердце приятно очерствело, будто вечно кровоточащей ране наконец дали поджить. Мир постепенно перестал казаться собранием острых углов и неотвратимых несчастий…
– Венсан, перестань бегать вокруг журнального столика! – раздался за спиной голос свекрови. – Особенно голым. А то не дай бог прищемишь себе зизи выдвижным ящичком!
