— Нет, — задумчиво покачал головой старик. — Это был не страх, он действительно полностью разделял его взгляды и, насколько мне известно, на сына Рауль никогда не поднимал руку. Чего нельзя сказать о дочке. Знаете, как часто бывает, слишком строгие родители добиваются обратного эффекта. Бедняжка Амели стала вызывающе одеваться, тогда как раз вошли в моду очень короткие юбки. Она красила губы пунцовой помадой, покуривала, словом, делала всё то, чем яростно возмущался отец. Каюсь, мне не удалось вразумить ни Рауля, ни его юную дочку. Мать к тому времени скончалась, и мне было откровенно страшно за эту семью. Дети совершенно отбивались от рук. Но если Амели можно понять, то маленький Венсан пугал меня гораздо больше. Однажды он принялся швырять камни в стайку девушек, идущих на танцы. Когда я схватил его за руку, укоряя в баловстве, что может причинить боль или вовсе покалечить, он заявил, что девушки шлюхи и заслужили это. Помнится, я совершенно растерялся и, помятуя его уважение к вере, заметил, что сам Иисус заступился за Марию Магдалину. На что он, ни капли не смутившись, добавил, что Мария раскаялась в своём грехе, значит, очистилась от скверны. Самое ужасное, что подошедший к нам Рауль, узнав, в чём дело, полностью одобрил поступок сына и вновь начал укорять меня, что я слишком мало уделяю внимания обличению греха похоти и разврата. Вообразите, Клод, он даже несколько раз писал на меня жалобу епископу Марселя!
Фонтен облизнул пересохшие от волнения губы и вновь покатил коляску, внимательно вслушиваясь в слова Трюбло.
— Ну вот, молодой человек. Всё закончилось так, как и должно было в этой ситуации. В один прекрасный день Амели просто сбежала из дому. Во всяком случае, так заявил Рауль.
— А вы сомневаетесь в этом?
— Не знаю, мне кажется, девушке в неполные семнадцать лет, да ещё из деревни, нелегко отважиться на такой поступок. Я подозреваю, что отец попросту выгнал её из дому. Во всяком случае, на убитого горем родителя он не походил. Хотя исправно справлялся в жандармерии, как продвигаются поиски. А вскоре он с сыном и вовсе переехал. Если не ошибаюсь, кажется, в Нант. Я рассказал вам историю к тому, что такой человек скорее подходит под портрет преступника, которого вы ищите, хотя не мне судить и обличать кого-то, тем более без доказательств. И ни в коем случае я не намекаю, что это мог бы быть Рауль. Это всего лишь к нашему разговору о религиозных фанатиках и не более. По счастью, больше за всю мою службу я не встречал подобных людей.
— Я вам так благодарен, месье! — пылко воскликнул Клод.
— Ах, дорогой мой! — всплеснул сухонькими руками старик. — Это мне следует вас благодарить. Я был искренне рад хотя бы на время отвлечься от темы болезней, лекарств и процедур. И словно на время побывал во временах моей молодости.
— Простите, месье Трюбло, у вас нет родственников? В смысле, вас никто не навещает?
— Увы, друг мой. Хотя настоятель из обители справляется о моём самочувствии. А из родни у меня есть только младший брат, но… он уже много лет находится в лечебнице для душевно больных.
— Давно он болен? Ох, простите…
— Ничего страшного. Да, мой брат с детства не совсем здоров. И с возрастом ему становится только хуже. Он совершенно беспомощен.
Фонтен промолчал.
Подвезя коляску к корпусу госпиталя, он спросил:
— Можете назвать мне фамилию Рауля, месье? Я хотел бы узнать о нём больше.
— Конечно, надеюсь, что мой рассказ не навлёк подозрение на человека просто от того, что он казался мне странным.
— Не беспокойтесь, его репутация никак не пострадает. Если он вообще жив. Ведь прошло столько времени.
— Представьте себе, жив. И спустя годы мы вновь оказались почти что соседями. Это некий Рауль Дешан. Мой дом на границе Кассиса, а он, кажется, живёт возле Тулона. Мы случайно встретились в прошлом году на ярмарке по случаю праздника. Он ограничился сухим кивком, и я не стал навязывать общение.
— Кнопка, завтра у тебя выходной, ты уже построила планы?
— Пока нет, а что?
— Завтра я, наверное, буду в разъездах и вернусь поздно. Просто хотел знать, не собираешься ли куда-то. Возможно, я не смогу позвонить или ответить на твой звонок.
— Клэр убежит на свидание, Берта уйдёт на курсы. Буду торчать дома. Постираю и сяду смотреть сыщика Мёрфи.
Лиза давно уснула, а Клод, налив себе кофе, вновь погрузился в сайты газетных архивов. Их нашлось до обидного мало. Но он всё же смог отыскать информацию о происшествии в Монпелье. В короткой заметке говорилось, что семнадцатилетняя Амели Дешан пропала. По заверениям отца, девушка могла сбежать из дому. Несчастный вдовец остался с маленьким сыном и надеется, что полиция отыщет дочку и вернёт её домой. К заметке было приложено фото Амели с её приметами и просьбы всех, кто её видел, связаться с жандармерией в Монпелье.
