Дело рук человека полностью

Если сдать девчонку не могу, остается только одно - не дать имперским пешкам найти ее. Второй этаж они, так или иначе, осмотрят, а значит…

– Черт! - воскликнул Намбо на весь бар. - У меня же наверху окно открыто, часа два как уже, она не могла залезть втихую? Черт! Мне кажется, я что-то слышал полчаса назад. Решил, что мышь, но вдруг…

– Тихо, - шикнул страж, - тихо. Не волнуйтесь, мы все осмотрим.

– Да как не волноваться? Девка возможно архимага убила, вы сами-то уверены, что сладите с ней? Мы для нее, как ковер, об нас только и можно что ноги вытирать. Ковер! Ковер!

– Да успокойтесь вы! Если она там, то все услышит и сбежит…

– Да пожалуйста - лишь бы убралась подальше!

Я тут глотку разрываю, только попробуй не проснуться! Только попробуй попасться!

– Арчи, карауль на улице, - распорядился капитан, - если что увидишь, используй бомбу. Декан, ты будь здесь на первом с хозяином, я осмотрю второй.

Идеально. Даже лучше, чем я мог вообразить. Все трое в разных местах. Да и меня вряд ли подозревают. Но если поймают ее: все накроется. Она настучит и… Черт, без риска все же никак.

Капитан с клинком наготове мягко пошел по ступеням. Первый лестничный марш. Намбо поджал губы. Капитан свернул на второй, скрылся из виду, Намбо теперь следил за его передвижением по свету от факела. И когда свет, все удаляющийся и удаляющийся, исчез, Намбо стиснул руки под столом и затаил дыхание.

Вошел.

Ждать пришлось недолго. Вновь показался свет и несколько секунд спустя бегом спустился капитан.

– Пусто, - заключил он. Из его виска выплыла видимая только Намбо полоска надежды. Намбо поглотил ее телом без особой радости: слишком уж был взволнован. - Там никого. Окно я закрыл и вам, хозяин, советую не открывать его в ближайшее время, по крайней мере ночью. Опасный преступник на свободе. - Капитан сунул руку под нагрудник и извлек из внутреннего кармана пергамент и перо. - Как вас зовут?

– Намбо… - Намбо кашлянул, - Хенк… я Хенк Зелмекис. А для чего вам мое имя?

– Для списка. Мы вносим каждого опрошенного в чистый пергамент.

– Тот самый, который показывает, врет ли человек?

– Именно.

Дерьмо!

– Это же здорово! - воскликнул Намбо. - С его помощью вы тотчас можете понять, врал ли вам человек и…

– Нет, не совсем, - перебил капитан. - Его активировать могут только маги. Люди слишком часто обманывают по пустякам. Маги сделают так, чтобы в расчет бралось только вранье, касающееся беглянки… Мы все узнаем не раньше, чем завтра на рассвете. Но сомневаюсь, что простые люди станут врать. Мы ищем ни какого-то наглеца, укравшего алмаз императора, а того, кто подставил весь Хоруин, уничтожил его главную защиту.

Намбо осторожно кивнул.

– Ладно, - сказал капитан, - мы пойдем. Спасибо вам за помощь, закрывайте окна и берегите себя.

– Удачи вам, - слабо отозвался Намбо.

А ведь капитан этот хороший человек и говорит все по делу. Надо было сразу сдать ту стерву, теперь попал по самое не хочу. Идиот. Завтра откроется правда, и за мной вернутся. Возможно даже этот же капитан и вместо «берегите себя» назовет меня дерьмом, накинет ошейник и потащит на площадь, где я лишусь головы во второй раз.

Намбо, сутулясь, поднялся наверх, уселся на кровать и вздохнул.

– Ушли? - раздалось под ним.

– Поняла-таки намек? - Он поднял ноги. Из-под кровати выкатилась Парти, вся в пыли от ковра. Она, морщась, отряхнулась и чихнула.

– Ты бы еще четыре раза повторил «ковер».

– Думал об этом… Зачем ты его убила, архимага? И как? Я занесен в чистый пергамент, на рассвете за мной придут. Осталось несколько часов, и я хочу знать, зачем сломал себе жизнь?

Парти долго молчала, то поднимая взгляд на Намбо, то опуская в пол, потирала ладони, пожимала губами, а потом резко встала.