По щелчку пальцев спало сдерживающее заклинание, и сгустки теней понеслись на Кирилла. Краем глаза он заметил, как отшатываются остальные ученики, и даже обрадовался. Уверенно выставил огненный щит, и тени бились об него, некоторые опадали пеплом.
Снова щелчок. Тени окружали, заслоняли его от мира, и Кирилл остался с ними один на один. На секунду рёбра сжал страх – он один и не справится, – но Кирилл тут же отогнал его. Не до того.
Кирилл начал задыхаться от напряжения, магия текла в воздухе палящим жаром, но Кирилл упрям. И не сдавался. Вокруг шипение, хриплый клёкот, сухой воздух. Щиты сминались под напором теней. Кирилл вытянул руки, усилил заклинание, вертелся вокруг своей оси.
Но их слишком много. А он один в этой буре.
– Так что же ты? – спокойный голос Шорохова пробился сквозь шум в ушах. – Справишься?
Кирилл вытер пот с лица и зло посмотрел на него сквозь мельтешащие тени. Преодолев напор, медленно поднялся. К черту щиты!
Он выпустил весь огонь, что горел в нём. Щит упал, не выдержав такого напора – иначе Кирилл бы сам его убрал. Тени накинулись злой сворой, но умерли тут же, попавшие в жаркую бурю.
– Интересно. Но стражам мало уметь сражаться, важна дисциплина и субординация. Подчинение приказам. – Шорохов подошёл ближе и поднял тростью подбородок Кирилла вверх. – Это ясно? К тому же твои щиты не выдержали, ты выбрал неправильную основу. Одного огня мало, о чём я и говорил в начале занятия. Нужно подстроиться под теней.
Кирилл ничего не ответил, даже не стряхнул дым с рубашки и брюк, оставшись стоять в кругу пепла. Шорохов убрал трость и отошёл, а потом равнодушно бросил:
– Сегодня ночуешь в камере без силы. Продолжаем занятие.
Кирилл вздрогнул, но поднялся. Он знал – это будет самая долгая ночь в его жизни.
* * *Кирилл проносится по преддверию мира теней, за которым, точно за мутным зеркалом, виднеется человеческий. Студенты бегут к главному зданию в надежде найти спасение: вокруг него одна за другой вздымаются стены изо льда и пламени. На лужайках остаются пледы с корзинами для пикника, забытые впопыхах рюкзаки и учебники.
Кирилл видит голубоватый свет: преподаватели возводят щиты изо льда. Остаётся только небольшой проход для спешащих внутрь студентов.
Но эти заклинания не спасут от теней. Ему ли не знать.
Разрыв пульсирует зелёным. Кирилл проходит сквозь него, чувствуя, как тело покалывает мелкими иголками. Сила сухри – переплетение огня и земли – вспыхивает внутри, рвётся стечь пламенем на землю, прорасти корнями.
Пахнет взрытой землёй и порохом. Дымные тени носятся в воздухе, расточая запах гари. Когтями они проводят по льду, как по стеклу, и нет ничего хуже этого звука. Кирилл быстро окружает себя щитом огня. Воздух плывёт маревом вокруг него, обдаёт жаром.
Дежурный страж по Академии, ещё молодой парень, бледен и явно не понимает, что делать. Его сила вспыхивает перед ним искрами и гаснет. Его трясёт, на лице ужас. Концентрация, парень! Кирилл коротко выкрикивает:
– Закройте печати!
– Нам бы с тенями разобраться! – скрипит зубами страж постарше, второпях вычерчивая руны ловушки на земле. Две или три тени, учуяв стражей, скользят к ним.
– Закроем печати – больше теней не появится, – отсекает Кирилл.
