Её дыхание касается его кожи, до дрожи хочется провести рукой по его волосам, спуститься на шею. Она вдыхает запах табака. Внутри не мысли – ком эмоций, и сила без всяких заклинаний будто становится ощутимой, смешивается с его магией. Весенний дождь с искрами костров.
Кирилл выдёргивает наконец ремень и протягивает его поверх груди Кристины. Его пальцы проскальзывают по телу, и прикосновения ощущаются даже сквозь одежду.
Щелчок.
Его рука замирает около её бедра, как в стоп-кадре. Словно он не знает, куда девать ладони. Словно, дай Кристина ему хоть единый намёк – и его пальцы вернутся к ней мимолетными касаниями. Кристина смотрит прямо перед собой, вжимаясь в сиденье и едва дыша.
– Что-то не так? – Кирилл спрашивает тихо. Она не может сказать наверняка, но ей кажется, что за очками он не сводит с неё взгляда.
Кристина мотает головой.
– Поехали? – Не просто спрашивает – предлагает.
– Да.
Машина мягко трогается и выезжает на дорогу, подёрнутую мутной дымкой. Деревья появляются по бокам, как корявые призраки с изогнутыми конечностями. Как рисунки теней в книгах.
Молчание похоже на толстое стекло, и они оба – по разные его стороны. Кристине хочется что-то спросить, но каждый раз слова оседают на языке, так и оставаясь несказанными.
– Как ты себя чувствуешь?
Кристина поневоле чешет сгиб локтя и натягивает до пальцев рукава свитера.
– Всё ещё уставшей. Наверное, надо спать больше, – смущённо улыбается она и украдкой замечает, как вздрагивает Кирилл. – Как твои царапины?
– Заживают. Не впервой.
Машина выезжает из леса и вливается в поток движения.
– Ты не против музыки?
– Нет.
Она верит, что сможет спрятать за музыкой слишком громкие мысли.
– Можешь вытащить из бардачка диск, пожалуйста? Он там вроде один.
Кирилл ведёт ровно и аккуратно, не отрывая взгляда от дороги. В бардачке приходится покопаться, выискивая среди сигарет, старых карт и разномастных фонариков поцарапанный диск.
Магнитола проглатывает тонкий круг, щёлкает, в салоне взрывается симфоническая музыка.
– А, чёрт! – Кирилл, не глядя, быстро уменьшает звук.
Кристина удивлённо вслушивается в текст на немецком. Она разбирает из десяти слов одно, но этот шершавый язык ей нравится. Музыка действительно спасает от необходимости говорить, и Кристина откидывается на спинку сиденья, прикрывая глаза и проваливаясь в мутную дрёму, пока они пробираются по московским пробкам.
В Службе стражей кипит жизнь. Кристина едва поспевает за Кириллом, с любопытством оглядываясь по сторонам. Ей хочется спросить обо всём сразу, посмотреть на рыб в аквариумах холла, заглянуть в кабинеты. Но он торопится – или просто не привык ходить медленно. За ним вьётся шлейф дыма.
По коридорам снуют сотрудники в серо-белой форме, коротко кивая и здороваясь с Кириллом. В воздухе мелькают полупрозрачные тени, которые шныряют между магами и обдают едва уловимым запахом выстрелившего фейерверка.
– Кирилл Романович. – К ним подбегает немолодая женщина со свёрнутым ватманом необычного тёмно-синего цвета. Кирилл лишь мельком одаривает её взглядом.
– Что у вас?
– Вы просили сводку о последних нападениях теней по Москве, – незнакомка подпрыгивает на ходу и пытается развернуть ватман, который то и дело сворачивается обратно.
– Спасибо. – Он спасает её от неудобной ноши, подхватывая ватман под мышку. – Я посмотрю. Николай у себя?
– У него встреча на третьем этаже с Борисом и родителями погибших ребят, – голос женщины становится тише, едва не дрожит.
Кирилл весь подбирается и только кивает; женщина со вздохом сворачивает в один из коридоров, что-то бормоча себе под нос.
– О, наш великий и ужасный вернулся! – раздаётся за их спинами бас.
Кристина оборачивается и видит, как Кирилл закатывает глаза. Их нагоняет крепкий мужчина с залысинами, в мятом синем костюме. Пламя Кирилла едва заметно вспыхивает по рукам и тут же пропадает.
– Ты когда на приглашение ответишь? В выходные барбекю у меня на даче.
– Мне некогда.
– Возьми выходной! Они у всех бывают.
– У теней – нет. – Кирилл пожимает плечами. – Извини, служба.
Он оставляет коллегу с барбекю в коридоре и идёт дальше, мимо просторных переговорных комнат и кухонных закутков с прозрачными стенами, через которые видно и как стражи – или не только они? – что-то бурно обсуждают, и как пьют кофе.
Из одной переговорки выходят две сотрудницы в тёмно-синей форме, держа друг другу под ручку.
– О, Ард, привет! – улыбается одна из них и вынуждает их остановиться. – Тебя лекарь просил показаться.
– Ну что он мне нового скажет? Аккуратней, не обожгись? – усмехается Кирилл. – Повязки я и сам могу поменять.
– Ну-ну, жаркий мальчик, всё-таки сходи к нему, а то кто же ещё будет прокуривать все кабинеты?
Она подмигивает и уводит подругу в другую сторону. Их каблучки мягко стучат по дереву паркета. Кристина опускает взгляд на свои кеды и привстаёт на пятки, но тут же спохватывается и догоняет Кирилла, который уже унёсся ко входу в отдел стражей.
