— Знаешь, куда бы человек ни пошел, яд находиться внутри него. Ты словно носишь пламя в сердце. И я, все еще ношу огонь в своем сердце.
— Выброси это пламя из своего сердца, — жалобно попросила Пенни.
— Так, не получается, — она приложила руку к груди и ладонью скомкала ткань платья. — Это останется во мне. Я чувствую. Это словно молитва, которую не выговорю.
— Чччч…, - успокаивала ее Пенни. — Все пройдет. Пусть пройдет, дорогая.
Уже через неделю Джесси чувствовала себя куда лучше. Она возилась по дому, хозяйничая и смахивая каждую пылинку. Так же само она хотела навести порядок в своей голове. Невольно сами собой предательские мысли проскакивали об этом человеке, чьё имя она себе запретила вспоминать, и тем более произносить вслух. В таких случаях она гуляла по городку, наслаждаясь сумбурным шумом, который вытеснял нежеланные мысли. И этот, был очередной из таких дней.
Джесси шла размеренными шагами пытаясь запечатлеть каждую мелочь, которая сдвинет мысли о нем куда-то в самый конец. А лучше совсем сотрет из ее памяти. Но этот мерзкий человек, будто въелся под кожу, заполнил собой каждую клеточку ее тела. Ей хотелось содрать с себя кожу лишь бы больше не чувствовать покалывания там, где он ее касался и от воспоминаний снова горело. Перед ней открылся самый волшебный вид, который когда-то согревал ей душу. Луговой тенистый берег и небесное озеро. Она и сама не заметила, как ноги ее привели сюда.
Джесси тягостно вздохнула. Еще одно место, которое причиняло боль. Но сейчас, по сравнению с новой раной, эта казалась просто случайной царапиной. Она села на искусно сделанную скамью, и зачарованно смотрела, как неохотно спускался малиновый шар огромного солнца за полосу горизонта. Он вернул ей вкус жизни, когда Джесси считала, что больше не в состоянии радоваться чему-либо. Этот мужчина изменил ее. Заставил снова чувствовать, заставил поверить в эти чувства и заставил ненавидеть их в себе. По лицу потекли слезы предательства. Как же она могла так заблуждаться? Она думала, что сможет пройти через это. Сможет закопать эти мерзкие чувства внутри. Но они гадким пламенем обжигали душу, прожигали ей легкие, оставляя зияющие раны.
— Джесс? — ее мысли прервал нежный мужской голос. От этого голоса по ее телу прошлись мурашки. Она до сих пор не забыла его. Смахнув со своего лица слезы, она встретила ярко-голубые глаза. Они вовсю уставились на нее, не моргая.
— Томми, — выдохнула Джесси. Вот его она никак не хотела видеть. Хотя, глядя сейчас на него, больше ничего не болело. Как странно смотреть на бывшего лучшего друга и жениха в одном лице, и не испытывать чувств. Ни нежности, ни любви, ни сожаления, ни разочарования и даже ни ненависть. Может, когда-нибудь, так же уйдут ее чувства к Джерому? И ее сердце перестанет разрываться каждый раз, вспоминая о нем. И будет лишь пустота. Как сейчас.
— Ты жива? С тобой все в порядке? — в его голосе она слышала тревогу и переживания. Значит все в курсе, что ее похитили?
— В порядке, — равнодушно солгала Джесси. Он, как ни в чем не бывало, присел рядом, все так же, не отрываясь от нее. Джесси стало не комфортно, но она не подала виду.
— Что ты здесь делаешь, Томми?
— Просто гулял, — пожал он плечами. Но Джесси почему-то не верилось в это. Как непривычно было снова сидеть тут с ним. Когда-то это было их тайное место.
— Пенни сказала, что ты пропала, — начал он. — И полгорода искали тебя. И я искал тебя.
Джесси резко вскинула на него свои глаза. Что она там хотела увидеть. Искренность? Она была удивлена.
— Где же ты была? — после затяжного молчания снова поинтересовался он.
— Я не хочу об этом говорить, — отмахнулась она и отвернула свое лицо.
— Я… Тогда к чёрту все, главное, что ты здесь, цела и невредима, — он горячо взял ее руку в свою. Джесси вздрогнула и мягко попыталась вырвать ее. Он не позволил. Она прислушивалась к своим чувствам, когда его теплые пальцы нежно поглаживали ее руку. Не было чувства отвращения, как она полагала, должно быть. На удивление ей даже приятно было чувствовать его тепло. Она должна была ненавидеть его за предательство, но нет. Видимо все отболело.
— Джесс, я хотел… — он запнулся, подбирая слова. — Мне жаль, что все так получилось. Я был просто дураком, который пошел на поводу. Прости меня, Джесс.
Его светлые глаза были печальны. Она чувствовала искренность его слов. И ей уже было все равно, на причину его поступка.
— Не нужно, — тихо попросила она. — Уже нечего не вернуть, Томми. Мы выросли и стали другими.
— Ты права. Я стал совсем другой. Ты же знаешь, что я любил тебя. И когда услышал, что ты пропала, места себе не находил.
— Ты обманывал меня, — возмутилась Джесси.
— Я знаю, и ненавижу себя за это. И тут увидел тебя, сидящую на нашем месте. Я обрадовался. И понял, что должен попросить твоего прощения.
— Я не держу на тебя зла Томми, — призналась она. Его лицо осветила воодушевленная улыбка. Когда-то она бы растаяла от нее. Но теперь в ее сердце поселилась насмешливая ухмылка и ядовито-жёлтые мрачные глаза.
