– Разберусь, – лениво процедил второй голос. – Ежели ранен, так где-то рядом с хирургом лежит. Только это… сейчас вокруг него суматоха начнется, все станут шастать, справляться о здоровье, да опять же, надо позаботиться о слуге. Раз его нельзя тоже прикончить, надо будет как-то выманить его…
– Выманивай. У тебя есть несколько дней. Однако к приезду принца все должно быть кончено. К тому же нельзя допустить, чтобы он успел поправиться и вернуться домой.
– Не успеет, – заверил собеседника ленивый голос. – Я все сделаю, теперь дело за вами.
– Положишь на стол эту записку, – сказал наниматель. – Даже если он вдруг сам помрет.
Возникшая пауза заполнилась красноречивым позвякиванием монет в кошельке.
– Остальное получишь, когда дело будет сделано. Выйдешь через несколько минут после меня. – Обладатель первого голоса направился к двери.
Второй подбросил в руке кошелек.
– Если следующим будет принц, вам придется поискать другого человека. И другое место – во дворце ничего не получится. Я могу найти надежных людей, но опять же… – тут снова раздалось позвякивание, словно говорящий подкинул в руке кошелек.
– Не болтай языком и делай свое дело, – первый голос был явно недоволен подобным проявлением инициативы.
– Дело ваше, – легко согласился второй голос.
Когда комната, наконец, опустела, Ирена осторожно выбралась из-за кресла и бросилась на цыпочках к двери, которую обладатель ленивого голоса, по всей видимости, отличавшийся беспечностью, оставил приоткрытой. Она осторожно выглянула наружу. Убийца почти скрылся за поворотом, однако Ирена успела рассмотреть, что на нем был плащ дворцовой стражи.
– Откуда мне было знать, про кого они говорят, – закончила Ирена, впрочем, понимая, что вряд ли ей поверят.
Поэт-недотепа растерянно хлопал глазами. Хозяйка по мере ее рассказа становилась все задумчивее.
– Ты уверена, что на этом человеке был плащ гвардейца? – спросила она.
Ирена молча кивнула. Она всегда была уверена в том, что говорила.
– Почему ты никому не рассказала о том, что слышала? – прокурорским тоном продолжила танна Далия.
– Сами-то как думаете? – угрюмо спросила Ирена, – в такие дела сунешься, и поминай тебя как звали.
Она обреченно переступила с ноги на ногу в ожидании приговора, не сомневаясь, что ее более чем убедительный довод хозяйку не убедил. Приговор последовал незамедлительно.
– Ты могла спасти альда Дамиани, но не сделала этого. Он погиб из-за тебя, – торжественно произнесла хозяйка. – Ступай на конюшню и скажи, чтоб тебе дали пять плетей.
– Что? – возмутилась Ирена, – да вы в своем уме? это вообще вы виноваты …
– А если я узнаю, что ты меня обманула, – неумолимо продолжила хозяйка, – я все расскажу начальнику тайной полиции, и тебя отправят в Пратт, и растянут там на дыбе.
Ирена нисколько не сомневалась, что хозяйке плевать на смерть этого альда с высокого маяка, и вся эта комедия предназналась исключительно для недотепы-поэта, что, однако, не отменяло того, что ей, Ирене, все это еще аукнется. С видом оскорбленной добродетели она вышла из комнаты и, быстро оглянувшись по сторонам, устроилась у замочной скважины.
Танна Далия повернулась к своему придурковатому поэту и сказала:
– Не исключено, что эти люди попытаются напасть на принца, – в голосе ее звучала неподдельная тревога. Должно быть, хозяйку изрядно беспокоила мысль, что ее запасному варианту свернут шею. – Нужно рассказать об угрожающей ему опасности. Однако если обратиться к тану Сиверре, этой негодяйке не поздоровится, а я не могу этого допустить. И честно вам признаюсь, у меня нет никакого желания иметь дело с этим человеком. Может быть, предупредить командора Рохаса, как вы считаете?
Ирена была готова поставить Торенский дворец против этой развалюхи – семейного особняка Эртега, что хозяйка собиралась свалить ответственный разговор на поклонничка. Судя по тому, как тот проблеял что-то невнятное, он, во-первых, тоже это понял, а во-вторых, не горел желанием объясняться с Рохасом. Ирена сочла своим долгом немедленно вмешаться.
– Только не Меченому! – воскликнула она, решительно врываясь в комнату. – не вздумайте с ним связываться!
– Чем тебе не угодил тан Рохас? – танна Далия так изумилась, что даже забыла поинтересоваться, что она себе позволяет.
– У него нутро волчье! Он на меня все время так смотрит, что аж мороз по коже … И наверняка это он убил глазастую Молли!
– Какую еще Молли? – нахмурилась хозяйка.
Глазастая Молли считалась примой в лучшем борделе города. Кстати говоря, она была немного похожа на хозяйку и эту фифу, ее кузину, которая теперь постоянно ходит с таким лицом, словно съела протухшие потроха. Так вот, душегуб этот захаживал к Молли постоянно, а Молли поначалу как раз и говорила, что у него нутро волчье, и она его боится, а потом видать, привыкла. Она была не в ладах с Иреной и добилась, чтоб ее выгнали, потом Меченый забрал ее из борделя, а через несколько месяцев ее нашли в доме зарезанную, вот и поговаривали, что это как раз дело рук Рохаса, а чье еще?
