Демоны должны умереть полностью

– Кароч, я понял: вы мне помогать не хотите. Как и все остальные. Не уважаете меня. Вот и идите себе! Никаких амулетов я снимать не стану, и не просите! – разошелся Дмитрий.

Нетан страдальчески поморщился.

А план-то ведь был неплох: Оберихин-старший пригласил к себе домой Виноградова, обратившись в клинику именно к нему как к «специалисту, готовому работать с самыми щекотливыми случаями»; Дмитрий без энтузиазма, но согласился подыграть и заставить менталиста выпить с ним чай; Голицын ждал, когда из дома поступит сигнал о вызове наряда…

Но увы, с чаем не срасталось. Его пить Виноградов отказывался категорически, а настойчивость Дмитрия скоро станет заметной…

– Думаю, пора нам вмешаться, – я поднялась со стула.

Кабинет хозяина дома позволял услышать происходящее в части комнат, и теперь словно бы из ниоткуда уже знакомый голос менталиста уговаривал младшего Оберихина дать себя осмотреть, а потом уже и чай, и все остальное.

– Катитесь! – перебил Дмитрий Виноградова.

Я ругнулась. Ладно, есть еще план «Б», менее законный…

– Подождите, – подал голос Оберихин-старший, – он дожмет. Всегда добивается своего. Вот увидите.

Ну увидеть-то я вряд ли увижу…

– Дмитрий, давайте будем взрослыми людьми. Вам нужна помощь…

– Мне не нужна помощь от того, кто брезгует даже из одного чайника со мной пить, ясно? Я вам отвратителен!

– С чего вы это решили?

– Да потому что вы не хотите выполнять даже простую просьбу! – в голосе Дмитрия прорезались плаксивые нотки. – Прям как отец Ани… Он даже за стол со мной не сел! Потому что я для вас – второй сорт! Для всех вас, магов!

– Дмитрий, наличие или отсутствие Печатей не делит людей на хороших и плохих, – с бесконечным терпением отозвался Виноградов. – И…

– И – это тупо слова! Я тоже могу втереть любую дичь – и что? А по факту – вот оно ваше отношение! Вот оно!

Бульканье наливаемого напитка.

– Вот – это не отрава, я сам пил. А вам – вам западло! Как и всем! Я думал, что отец правда кого-то стоящего найдет, что вы от всех отличаетесь, а вы…

Тяжелый вздох.

– Если я присоединюсь к чаепитию – ты позволишь себя осмотреть?

– Залезть в голову? – неуверенно отозвался Дмитрий.

– Можно и так сказать. Но я не увижу там ничего лишнего, лишь помогу.

– Валяйте. Если вам не западло со мной дела иметь и разделить хлеб и воду. Хлеба не подали, воды тоже – вот чай. Или катитесь к свои одаренным пациентам и общайтесь с ними на свои мажеские темы!

Еще один тяжелый вздох. Вновь бульканье жидкости, движение кружки по блюдцу…

– Матвей Васильевич, – я обернулась к Нетану, – а когда там этот развязыватель языка начинает действовать?

– Спустя примерно две минуты после применения, – с готовностью отозвался старый маг.

– Ладно, вы, выходит, не такая гнида, как казались. Ладно, чай попили – пора и делом заняться.

Надо же – этот Дмитрий кодовую фразу все-таки запомнил. И правда – дожал ведь…

– Вперед! – Оберихин-старший с немалой для его комплекции скоростью вскочил из-за стола и вылетел за дверь.

Нетан, сжав кулаки, последовал за хозяином дома. Я отстала, неспособная пока двигаться столь же быстро. По заверению Георга – из-за того, что часть каких-то там ресурсов организм оттянул на заживление руки.

Нужная дверь находилась, как назло, в другом крыле, да еще и в конце длинного коридора, последнюю половину которого я преодолевала под ругань:

– Ты меня никогда не уважал!

– А ты считаешь меня неразумным ребенком!

– Ты и есть ребенок, Дмитрий! Что это за истерики с этим чаем?!

– Истерики? Ты сам попросил!

Ну вот надо этому Дмитрию ляпнуть что не нужно!

– О чем попросил? Вести себя нормально? – нашелся Оберихин старший.

– Нет, о…