Дым до сих пор темным колпаком нависал над городом.
– Ваша милость, мои глубочайшие соболезнования. Королева Сабран была…
– С вашего позволения, госпожа Гленн, – прервал ее герцог Робарт. – Мне сказали, вы доставили королевское послание.
– Да, от дамы Мариан Беретнет. – Мара сжала ладони. – Благородный Робарт, вы выслали мою госпожу с домочадцами в Катил, но сырость Торфяников вредит ее здоровью, и замок обветшал, в нем холодно и кровли протекают. Я умоляю позволить ей перебраться сюда, ко двору. Ее сердце и так разбито запретом присутствовать на погребении дочери.
Глориан незаметно покосилась на регента – тот не переменил выражения.
– Перед лицом нависшей над Инисом угрозы дама Мариан хочет быть рядом с единственной оставшейся у нее родственницей, королевой Глориан, чтобы поддерживать ее советом и разделить ее горе. – Мара взглянула на Глориан. – Прошу вас, ваша милость, о капле щедрости. Ее единственное желание – быть рядом с вами.
Герцог Робарт чуть откинулся на троне:
– Благородный Эдрик извещен о вашей поездке, госпожа Мара?
– Нет, мой господин. Я прямо из Катила.
– Это извиняет ваш промах. Благородный Эдрик помнит правление королевы Мариан, – напомнил ей регент, – и рассказал бы вам, как оно едва не разрушило Инис. Кажется, тогда от рук убийц погибли и ваши кровные родители. Если она полагает, что отсутствие королевы Сабран позволяет ей вернуться, боюсь, она ошибается.
– Дама Мариан не имела в виду проявить непочтительность, благородный Робарт, – окрепшим голосом ответила Мара, – но, как частное лицо, она, конечно, не причинит никакого вреда. Она стара и нездорова. Если бы ей можно было просто…
– На этом все, госпожа Гленн. У меня много дел по защите королевства. – Регент выпрямился. – Я пошлю каменщиков устранить протечки в Катиле. Доброго дня.
Мара сжала губы:
– Мой господин, я передам ваш ответ.
Она готова была уйти. Глориан, не успев ничего обдумать, окликнула ее:
– Госпожа Гленн!
Мара немедленно обернулась.
– Прошу вас передать моей благородной бабушке мои наилучшие пожелания и соболезнования.
– Передам, ваша милость. – Мара с облегчением улыбнулась ей. – Спасибо вам.
Она была уже у дверей, когда Робарт произнес:
– Возможно, вам не следовало этого делать, ваша милость.
– Неужели мне нельзя утешить бабушку – свою кровь и кровь Святого? – насупилась Глориан. – Почему вы сослали ее в полуразрушенный замок, благородный Робарт?
– Катил – надежная и отдаленная крепость. Там даме Мариан безопаснее всего. Я всего лишь прошу не внушать ей ложных надежд. Мы не можем допустить ее возвращения, когда Инис висит на волоске.
Внезапно дверь зала распахнулась. Вбежал, спотыкаясь на ходу, запыхавшийся оруженосец. За ним стояла удивленная Мара.
– Королева Глориан! – выкрикнул юноша. – Выживший… Спасшийся с «Убеждения»! С пропавшего корабля!
Глориан вскочила. С чуть заметным промедлением встал и Робарт, хотя его лицо осталось воплощением невозмутимости.
– Надеюсь, ты сможешь это доказать, – произнес он. – Кто тебе сказал?
– Он был с ними, сударь, я сам тому свидетель, – настаивал оруженосец. – Я отлично его помню.
– Веди его сюда. Быстрей, мальчик, веди.
Снаружи уже поднялся шум, и человек вошел в тронный зал в окружении толпы придворных. Мара, вскрикнув, бросилась к высокому, обожженному ветром мужчине. Когда она наконец выпустила его, Глориан рассмотрела заросшее бородой лицо. Руки его были обмотаны повязками, щеки запали, усталость оставила под глазами как будто следы подков.
Но это был он, живой.
– Вулф, – прошептала она.
Вулф шагнул к мраморному трону. Они с Тритом скакали всю дорогу от Каддоу-Холла, через змеившиеся по Торфяникам заболоченные ручьи, до затянутой дымом столицы, и за ними по пятам летел страх перед чумой.
– Благородный Робарт, я Вулферт Гленн из Лангарта, младший сын баронов Гленн.
– Двое Гленнов. – Робарт всматривался в его лицо. – Ты был в дружине короля Бардольта.
– До его последнего вздоха. Сейчас меня послал король Эйнлек Хротский, чтобы засвидетельствовать случившееся в Пепельном море на борту «Убеждения». И предостеречь вас от грозной опасности.
– Дивлюсь столь невероятному событию, мастер Гленн, – если это действительно ты, – прищурился на него благородный Робарт. – Выжить в зимнем море невозможно.
– Прошу прощения, сударь, но я выжил.
Как ни старался распорядитель выпроводить народ, людей в зале все прибывало.
– Это действительно Вулферт Гленн, благородный Робарт, – обрела дар речи Глориан. – Я сама за него ручаюсь.
Она выступила вперед:
– Прошу тебя, Вулф, расскажи, что ты видел.
– Ваша милость, прежде я должен сделать другое.
Он так сбил бедра в седле, что боялся запрокинуться на спину, но все же преклонил колено у подножия трона:
– Королева Глориан, я отдаю тебе свой меч и топор, как отдавал твоему благородному отцу, а после твоему родичу королю Эйнлеку. Хотя я ныне служу ему, я готов служить и той, в ком течет кровь вождя, за которым я шел десять лет. Я вновь присягаю дому Храустр. Я клянусь тебе в верности. Если ты ее примешь.
Глориан протянула ему руку – ту, на которой блестело хротское кольцо.
