Когда открываются створки лифта, меня охватывает непонятное волнение. Чувствую, как сердце ускоряется и комок подступает к горлу. Видимо курить стал слишком много на нервной почве. Надо завязывать, ведь как врач понимаю, что до добра это не доведет. Но чувствую, что дело совсем не в куреве. Какое-то легкое предчувствие наполняет мои легкие воздухом и начинает гнать кровь по венам быстрее. Поднимаюсь на лифте, внимательно наблюдая за цифрами, которые отсчитывают этажи. Осторожно открываю дверь в квартиру и замираю, прислушиваясь к тому что происходит внутри. Тихо, стараясь не создавать лишний шум, захожу и оглядываюсь по сторонам. Вещи аккуратно висят на вешалке, обувь разобрана по парам и аккуратно стоит на полочке. Мой нос улавливает ароматный запах, который исходит из кухни. Все мое существо уже чувствует и просто вопит мне о том, кто хозяйничает в квартире, но мозг еще отказывается принять правду. Не может быть, чтобы это было правдой. Не поверю пока своими глазами не увижу. Может стресс и недосып последних дней сделал свое дело, и у меня начались глюки. Медленно подхожу к проему кухни и аккуратно заглядываю внутрь. Вижу маленькую фигурку, которая стоит, полусогнувшись около холодильника и что-то в нем уверенно передвигает. Услышав мои шаги, фигурка на секунду замирает и резко поднимается. На мгновение сердце замирает, а на лице расплывается улыбка. Моя девочка стоит и внимательно смотрит на меня. Губки поджаты, взгляд обиженный, но успеваю заметить, что буквально на какую то долю секунды в ее глазах вспыхивает беспокойство. Да ты ж моя дорогая. Да я ж как тот провинившийся котяра, который наложил в тапки, готов лечь у твоих ног и смотреть на тебя самым жалостливым взглядом из всех возможных. Только чтобы простила и погладила по шерстке. А лучше, чтобы в кроватку к себе взяла под бочок.
— Ну и беспорядок вы тут развели, Дмитрий Александрович.
— Дима, — стою и лыблюсь как последний придурок. Пришла, сама пришла ко мне. Вот бы потрогать, чтобы уж точно удостовериться. Но нет, стой и смотри. А то огреет сковородкой, которая рядом лежит. С Аньки станется, она на вид у меня Божий одуван, а характер такой, что любого мужика может заставить по струнке ходить.
— Да и у вас видок, как у бомжа, — Аня внимательно осматривает меня и недовольно выдыхает. — Одежда помятая, сами как леший обросли. И похудели сильно… Идите руки мойте и за стол.
Я киваю и все с той же тупой улыбкой двигаюсь в свою комнату. Так, надо входную дверь запереть, а то эта коза сейчас еще сбежит, цокая копытами.
— Ой, да не убегу я. Тима в комнате спит, куда я без него.
И сына взяла. Я от этой новости еще больше растекаюсь, но дверь все-таки запираю и ключ в кармане прячу. Так по любому надежнее.
По пути в свою комнату заглядываю в комнату Ани. Тимка сладко спит посередине кровати, раскидав ножки и ручки как звездочка. Отмечаю, что за месяц подрос пацан, стал такой крупненький и откормленный. И по нему сильно соскучился за этот месяц, все-таки душой и сердцем прикипел к мальчонке. Сразу ставлю в голове галочку, что нужно прикупить мальчонке новые игрушки. Я еще раньше про железную дорогу подумывал. Довольно улыбнувшись, осторожно закрываю дверь.
Иду в свою комнату и вижу, что мои вещи постиранные и поглаженные лежат стопочкой на полке шкафа. Становится немного стыдно. Я ведь раньше хоть и один жил, но всегда порядок соблюдал. Вещи всегда были чистыми и аккуратно сложенными. А тут Ане пришлось весь этот бардак разгребать. Ну, ничего, я ей за все отплачу, с лихвой. Нужно только времени немного, подобраться к ней поближе, чтобы сердечко ее растопить. Беру все свежее и иду в ванную. Гляжу на себя в зеркало и понимаю, что действительно видок у меня не самый презентабельный. Принимаю душ, тщательно намылившись гелем. Все это время прислушиваюсь не хлопнула ли дверь. Бреюсь, надеваю свежую одежду. Ну почти красавец, только подстричься бы еще не помешает. С довольной рожей выхожу на кухню и снова смотрю на свою козочку. Не могу наглядеться, только сейчас понимаю, как по ней соскучился. Пусть бурчит и обижается, это ничего. Главное рядышком со мной. Главное могу видеть ее и наслаждаться одной возможностью дышать с ней одним воздухом.
— Уже лучше, а то развели тут бомжатник, — Аня строго указывает на стул, и я с готовностью занимаю указанное мне место. Сижу и с умилением наблюдаю как она хлопочет и стол накрывает. Мои любимые котлетки приготовила. И когда все успела, и дома порядок навела, и еду приготовила. Ну золото, а не девушка. И это золото я, как самый эгоистичный и злобный дракон, буду охранять и никому не отдам. И еще ведь думал, придурок конченый, что с нашими отношениями делать. Да надо было сразу в охапку и в ЗАГС, заклеймить и себе навсегда забрать.
— И не думайте Дмитрий Александрович, что я сюда насовсем. Я просто помогу, пока у вас в семье все не наладится.