Но ее слова оборвались и остались вовсе неуслышанными из-за того, что преследуемый ими джип заехал на частную территорию охраняемого коттеджного поселка, что мигом отвлекло брата и сестру от их архиважного разговора.
– Вот же черт! И что мы теперь будем делать? – в сердцах воскликнула Соня, с силой стукнув по панели и чуть не угрохав телефон, который секунду назад достала из кармана, чтобы вновь перечитать сообщения, отосланные Оливером сестричке.
– Прорываться, – подмигнул ей брат, в котором неожиданно проснулся дух охоты и который в чувствах сестры к парню, играющему на два фронта, решил разобраться по ходу дела.
– Я думала, белые жители туманного Альбиона обратят тебя в свою веру, и ты станешь после возвращения чопорным себялюбивым эгоистичным «альбиносом», – она заржала на манер профессиональной театральной клаки, – но ничё, такой же остался, прививку, наверное, сделал.
– Твой каламбур меня умиляет, Саннетт.
– Спасибо, брат, – она шуточно ему поклонилась. – Какой план?
Плана у них не было, зато здоровый энтузиазм, припасенный в пятых точках, не давал о себе забыть. Да и судьба своевольническим жестом решила их наградить нематериальной кроличьей лапкой, которую сунула Соне в карман джинс. Так что, у них просто не оставалось другого выбора, как сигануть через забор в более-менее неприметном месте, оставшись незамеченными охраной.
Оказавшись внутри, они обнаружили типичный коттеджный поселок с центральной дорогой и домами по бокам, а также огромным количеством флоры. Передвигаясь дворами и кустами, обмениваясь колкостями и умностями, они искали нужный дом, у которого, по всем законам жанра, и должен был быть припаркован джипарь.
Егор шепотом продолжил свой допрос:
– Как ты можешь с ним встречаться? Тебе не противно?
– А ты у нас, значит, спец по отношениям? Можно вопросик, спец? Можно? Ку-у-ул… Ты сам хоть с кем-нибудь встречался? Мм?.. Не слышу твоего отрицательного ответа, – она приставила ладонь к уху, свернув ее в форме воронки, чтобы лучше слышать, но Егор делал вид, что сосредоточенно следит за кустами, в которые собирался прыгнуть. – Молчание – знак согласия, дорогой. Да-да, вот так в твоей жизни все печально… А знаешь в чем проблема? Конечно, знаешь. Это все комплексы. Или, может, ты думал, что дело в родовом проклятии? – под брошенным Егором скользким взглядом она, разрезая тишину, скрипуче рассмеялась. – Смешно! Ха-ха! Ты умело маскируешься под Джакомо Казанову, в реале являясь Наполеончиком, верным своей Жозефине (ничего не напоминает?), но меня не проведешь, – она покачала указательным пальчиком, словно в назидание.
– Я твой брат – имей уважение.
– Я его имею, поверь, и спере… – она осеклась, чуть не сказав обложенную цензурой фразу. – В общем, имею я твое уважение, будь спок!
– Да, я заметил, как изощренно ты его… имеешь.
– Важен сам факт, – отмахнулась от него сестренка. – У меня есть определенные планы на Олличку, так что лучше не вмешивайся.
– Будешь мстить?
– Буду мстить, но… – она хотела добавить, что мстить она будет, но для этого у нее есть более достойный кандидат в лице танчика Шеридана, но Егорка ее перебил:
– А ты не думаешь, что месть – не лучшее блюдо, которым ты можешь его накормить?
– Зато ты, кажется, считаешь себя шеф-поваром, только не учел, что в «Маке» нужно готовить не душой, а руками и быстрее.
– Я хотел спасти Лену…
– Благими намерениями сам знаешь, куда и что вымощено…
– Я хотел спасти ее, – не стал он обращать внимание на язвительность сестренки, – а тут, оказывается, еще и тебя надо спасать.
– Ага, мы с ней в скидочном комплекте – приклеенные друг к другу скотчем шампунь и гель для душа по супер-выгодной цене… – мрачно возвестила Соня. – Меня, кстати, спасать не надо.
– Ты дышишь местью.
– Мы дышим одним воздухом.
– Дурочкой ты мне нравилась больше…
– Это безмерно скуш-шно… – отозвалась она голосом Каа. Сейчас Саннетт на самом деле испытывала кайф, будто лучшие наркотики мира сгруппировались и синтезировали из себя один – самый замечательный, безвредный для организма, но дарящий возможность говорить то, что хочешь сказать, такими словами, которыми хочешь сказать, и тому, кому хочешь сказать, не гримируя фразы под стеб подростка, не загоняя себя в рамки, самой же и придуманные. – Быть тупой… Ой, смотри!
Проследив во тьме за ее еле различимым пальцем, Егор невольно стал главным героем весьма занятной картины «Не ждали, а мы припёрлись!«
Из окна дома, около забора которого имели честь прятаться, то есть, как называла это Соня «сидеть в стратегической засаде с целью выявления местонахождения предполагаемого противника», выползали и крались по стенке два подозрительных субъекта.
– Мы поймаем воров! – загорелись глаза реактивной сестренки, а Егору осталось лишь обреченно вздохнуть, спорить с Соней не было резона, так как она все равно сделает все по-своему, так не лучше ли объединить усилия и справиться с этим поскорее?
– Давай.
