Мы же с Сонькой стали осматривать вверенную нам вотчину. Результаты осмотра ужасали. Невысокий одноэтажный дом был весь в паутине. Прихожая, начинающаяся сразу после летней веранды, где сиротливо раскачивался стул-качалка, включала один треснутый стол, две деревянные табуретки и длинную лавку. Широкое окно было занавешено изъеденными временем занавесками. Далее из прихожей можно было попасть в так называемый зал. Лоскутные половицы, скрипящие под ногами, полные трупиков мух, пчел, комаров и ос подоконники, одинокий огарок свечки в углу, две железные кровати с протухшими и зловонными матрасами. Была еще одна комната. Там атмосфера была не лучше, даже если не хуже. Здесь тоже было две кровати, а еще из щели в полу, наслаждаясь падающим из окна светом солнца, произрастало молодое деревце. Из прихожей можно было также попасть на чердак. Он своим не радовал: пыльный, захламленный, темный, ко всему прочему в дальнем углу было осиное гнездо.
В общем, объем работы был немалый, так что мы с Соней потащились на речку за водой. Вообще-то, она работать отказывалась, но сказала, что ведро воды, так уж и быть, приволочет, чтобы я потом не говорила, что она ничего не делала. Ее и так раздражало, что ее одежда изрядно попачкалась, пока она осмотр дома делала. Что я могу сказать? Нечего было наряжаться, как на свидание. Тем более кто бы за ней на даче следил? Тоже мне, звезда.
Я, ухмыляясь, сама-то я была одета в спортивные штаны и серую футболку, шла, размахивая ведром, пока еще и не подозревая, что оно дырявое, а Соня свое ведро чуть ли не на голову себе нахлобучила, видите ли, голову печет. Как неожиданно раздалось успевшее мне надоесть за последнюю неделю «Never Say Never». Я по привычке начала шарить по карманам, когда мелодия вдруг оборвалась, и я услышала радостное сонькино:
– Алло! Привет, котик… А что не так? Вот и я думаю, что все так. Знаешь, я тут подумала, было бы неплохо сегодня встретиться… Да, супер! Тогда тебе придется меня забрать, мой принц. Что?! Ну да, на такси. Я тебе адрес смской скину.
И все в этих ее милых фразах сквозило наигранностью.
Соня скинула и уставилась на меня. Сначала счастливо, а потом угрожающе:
– Только никому ни слова. Как уеду, можешь хоть всему поселку рассказать. А пока молчи. Ясно?
– Ясно, – ответила я, ничуть не расстроившись, что систер собралась сбежать. Была бы у меня возможность, я бы тоже сбежала…
Я же могу попросить у нее телефон, чтобы сделать звонок. Только кому я позвоню? Артему? И он, верно, прилетит за мной, как ветер?.. Ха, ха и еще раз ха. Я ему нужна, как корове седло, как любит говаривать бабуля.
– Короче, мы друг друга поняли, – погрозила она мне пальцем.
Потом она убежала рыться в бардачке «Баргузина» в поисках карты и обозначенного на ней красным цветом маршрута, а затем вновь прибежала в зону покрытия сети, где ее поджидала я со своими пустыми ведрами.
– С ума сошла? Хочешь, чтобы мой план провалился? – накинулась на меня маленьким ураганом сестренка.
– С чего бы? – удивилась я. Ни с того, ни с сего забрасывает меня обвинениями, а я даже подумать не успела о том, чтобы она не смогла уехать.
– А чего тогда с пустыми ведрами мне попадаешься?
– Это же детские суеверия!
Соня презрительно сощурила глаза:
– Ты… ты… ты просто дура.
– Я просто не верю во всякую чушь, – тряхнула я головой. – А вот если тебе черная кошка дорогу перебежит, ты что, схватишься за пуговицу, закроешь глаза и только тогда пойдешь? – я ехидно скользнула по ее фэйсу глазами. Сестренка потупила взгляд, давая мне понять, что именно так она и поступит.
– Знаешь, тебе бы следовало основательнее относиться к таким серьезным вещам, – выдала сестренка, напечатала смску и свалила с моих глаз. В этот день я ее больше не видела.
Впрочем, это не беда. У меня и без нее дел предостаточно. Для начала, надо найти какую-нибудь массу типа пластилина, чтобы залепить ведро. Затем еще весь дом перемыть и выкинуть мусор, то есть выгрести из дому все, что там сейчас есть, провести дезинфекцию, и только тогда появится возможность занести хоть что-нибудь туда.
Часа через три, когда я, походив по окрестностям, нашла свалку, семья обнаружила, что Сонька пропала. Дядя порывался устроить массовые поиски и начал с охранничков, которые заявили, что «приехала крутая машина, она туда села и уехала». Архипыч даже своим ружьем потряс, типа, если б не соль в патронах, обязательно бы замочил гадов. Сначала драматичный Макс, схватившись за голову, бегал по территории, потом порывался сесть за руль и уехать спасать дочку, ведь «злобные маньяки» украли его «родную дщерь», а затем мне удалось объяснить ему, что никого не крали, а это приехали друзья Сонечки и забрали ее в город.
– Что? – возмутился родитель, активатор всей этой нашей поездочки. – Как такое могло произойти? Нам же всем здесь так весело!
– Кому весело? – себе под нос пробубнил папа так тихо, что его только я и услышала.
– Мне весело! – проорал Сеня.
