— Помочь?! — он словно выплюнул это слово. — Ты уже достаточно помогла, спасибо. Хорошо хоть у тебя хватило совести не появляться здесь, пока отец был жив.
Кори побежал к катеру.
Я повернулась и пошагала обратно к лесу. Май в полном молчании шёл чуть позади.
— А если он повторит? Сразу же? Сейчас?
— Кто? — уточнил Май.
— Убийца.
— Вряд ли. Если он не железный, а он точно не железный, то после таких атак ему надо серьёзно восстанавливаться. На это ему нужно время, тем более, сейчас, когда он не довёл дело до конца, а хорошенько получил по морде.
— По морде? — я посмотрела на Мая, он был серьёзен.
— Если Валард сделал то, о чём я ему когда-то рассказывал, то да. Он вернул импульс обратно раздающему, а для того это всё равно, что получить хорошенько от равного соперника.
— Значит, это ты Лерку научил?
— Не то чтобы научил, но объяснил однажды. У Валарда ещё мало опыта, но он очень сильный. И сообразительный. Когда полностью научится управлять собой, он горы свернёт.
— Мне не нужны его свёрнутые горы. Понадобится — сама сверну. Мне нужно, чтобы он был жив.
— Всё будет хорошо, — сказал Май, глядя мне в глаза.
— Пустые слова. Все так говорят, но никогда не бывает ничего хорошего. И с какой стати ты вообще взялся меня успокаивать? Это в твою задачу не входит.
Он ничего не ответил.
— И ты знал, что он всех дурит, прикидываясь несовершенным?
Май грустно улыбнулся:
— Знал, конечно. Я, правда, советовал ему всё рассказать семье, но этот парень удивительно упрям. Так что пришлось хранить очередной чужой секрет. Я привык, это часть работы.
— И ты никогда эти секреты не выдаёшь?
— Только если от этого зависит чья-то жизнь… Э-э-э, а ты куда, позволь спросить?
Я как раз повернула на лесную тропинку, уводящую вправо, к двери.
— Как куда? Обратно, в иерархию. Тем же путём, что мы пришли.
— Есть путь намного короче, — Май махнул рукой. — Иди за мной, только под ноги смотри. Тут ямы, коряги и вообще полоса препятствий.
Он решительно свернул налево и пошагал по лесу без всякой дороги, легко прыгая через поваленные стволы и канавы. Я старалась не отстать, но уже через десять минут я прочувствовала, чем отличается тётка чуть за сорок от двадцатилетней девчонки. Спасибо ещё, что моё тело было моложе меня самой. Если бы оно когда-то не пролежало в рассекающем кольце пять лет без старения, дела были бы ещё плачевнее.
Наконец, Май остановился около поломанного хвойного дерева. Кругом валялись сухие и свежие ветки лапника.
— Устала? — он окинул меня беглым взглядом. — Извини, не рассчитал. Больше спешить не буду.
— Да уж, имей снисхождения к старушке, — согласилась я, с трудом восстанавливая дыхание. — Я куда старше, чем выгляжу… И зачем ты меня завёл в эту глухомань?
Май поднял с земли пару веток, и я увидела дыру в земле, с полметра в диаметре. Я заглянула в неё: бездонная чернота.
— Это дверь?
— Не совсем. Дверь так оставлять нельзя, запросто непрошенные гости могут провалиться, куда не следует. А мембрану можно оставить и так. Без способностей задверца эта дыра — просто дыра, в которой можно разве что ногу сломать.
— Я не пройду через эту мембрану.
— Почему?
— Потому что не смогу. Мне кажется, ты давно должен был понять, что у меня нет силы сканера.
— Ясно, — коротко бросил Май и снова накрыл дыру веткой лапника. — Хорошо, сейчас отдохнём, и я составлю другой маршрут.
Мы сели на лапник.
— Сила сканера с тобой и никуда не девалась. У тебя стоят сильные блоки. Я давно это понял, — сказал Май. — Просто я думал, что ты их снимешь, если понадобится. Тут и нужно-то три минуты на всё. Проскочили — и ставь обратно.
— Извини, что ломаю твои планы, но это не каприз. Мне их просто не снять.
— Как это? Почему? — похоже было, что он мне не поверил.
— Понятия не имею. Приросли, видимо, — попробовала я пошутить. — За столько-то лет.
Май же мрачнел на глазах.
— Как это получилось?
— Какая тебе разница?
— От того, как это получилось, зависит, как это исправить.
— Я не буду об этом говорить. Мне нужно было затереть как можно больше. Мне так было удобнее. Не хотела, чтобы меня использовали.
— Как-то с трудом себе это представляю.
— Что именно?
— Что кто-то тебя использовал и не пожалел об этом.
— Кое у кого получалось.
Май усмехнулся и промолчал.
— А ты всю жизнь исполняешь чужие приказы?
— Ну… Почти что всю. Да.
— И не жмёт?
— Что должно жать? — буркнул он.
— Мундир.
— Я, как видишь, работаю под прикрытием. В цивильном.
— Простаком не прикидывайся.
Он опять усмехнулся, потом коротко вздохнул и даже глянул в мою сторону:
— Я не прикидываюсь. Я и правда предпочитаю попроще. Есть дело и есть лидер, чьи приказы исполнять — честь, а не повинность. Вот это по мне.
— А если не ту сторону выберешь?
— Будет больно.
— А сейчас ты в своей стороне уверен?
— Абсолютно, — отрезал он.
— А за личный интерес жить не пробовал?
— Пробовал. Кто живёт за личный интерес, того и используют все, кому не лень. А он понимает это слишком поздно. Если вообще успевает понять.
На этот раз промолчала я.
