| V General Macarthur tossed from side to side. | Генерал Макартур ворочался с боку на бок. |
| Sleep would not come to him. | Никак не мог заснуть. |
| In the darkness he kept seeing Arthur Richmond's face. | Перед ним то и дело возникало лицо Артура Ричмонда. |
| He'd liked Arthur - he'd been damned fond of Arthur. | Ему нравился Артур, он даже к нему привязался. |
| He'd been pleased that Leslie liked him too. | Ему было приятно, что и Лесли этот молодой человек нравится. |
| Leslie was so capricious. | На нее трудно было угодить. |
| Lots of good fellows that Leslie would turn up her nose at and pronounce dull. | Сколько прекрасных молодых людей он приводил в дом, а она не желала их принимать, говорила, что они "нудные". |
| "Dull!" Just like that. | И тут уж ничего не попишешь! |
| But she hadn't found Arthur Richmond dull. | Артур Ричмонд не казался ей нудным. |
| They'd got on well together from the beginning. | Он с самого начала пришелся ей по душе. |
| They'd talked of plays and music and pictures together. | Они могли без конца разговаривать о литературе, музыке, живописи. |
| She'd teased him, made fun of him, ragged him. | Она шутила, смеялась с ним, любила поддразнить Артура. |
| And he, Macarthur, had been delighted at the thought that Leslie took quite a motherly interest in the boy. | И генерал был в восторге от того, что Лесли принимает поистине материнское участие в юноше. |
| Motherly indeed! Damn fool not to remember that Richmond was twenty-eight to Leslie's twenty-nine. | Материнское - это ж надо быть таким идиотом, и как он не сообразил, что Ричмонду исполнилось двадцать восемь, а Лесли всего на год его старше. |
| He'd loved Leslie. | Он обожал Лесли. |
| He could see her now. | Она стояла перед ним как живая. |
| Her heart-shaped face, and her dancing deep grey eyes, and the brown curling mass of her hair. | Круглое, с острым подбородочком личико, искрящиеся темно-серые глаза, густые каштановые кудри. |
| He'd loved Leslie and he'd believed in her absolutely. | Он обожал Лесли, беспредельно верил ей. |
| Out there in France, in the middle of all the hell of it, he'd sat thinking of her, taken her picture out of the breast pocket of his tunic. | И там во Франции, в передышках между боями, он думал о ней, вынимал ее фотографию из нагрудного кармана, подолгу смотрел на нее. |
| And then - he'd found out! | Но однажды... он узнал обо всем. |
| It had come about exactly in the way things happened in books. The letter in the wrong envelope. | Произошло это точь-в-точь как в пошлых романах: Лесли писала им обоим и перепутала конверты. |
| She'd been writing to them both and she'd put her letter to Richmond in the envelope addressed to her husband. | Она вложила письмо к Ричмонду в конверт с адресом мужа. |
| Even now, all these years later, he could feel the shock of it - the pain... God, it had hurt! | Даже теперь, после стольких лет, ему больно вспоминать об этом... Боже, как он тогда страдал! |
