— Пошел прочь! — в глазах Марисы стояли страх и вызов, она ощетинилась как мокрая злая кошка, но уязвленная гордость не дала просто так закрыть рот и отступить — все расскажу! Как ты только женщинам угрожать, и можешь, а другим ни слова попрек. И на деле ты трус, дерьмо и бестолочь!
От этих слов лейтенант окончательно рассвирепел, в бешенстве бросился на нее и замахнулся кулаком. Мариса едва успела спрятаться за стул с высокой спинкой, но это ее не спасло. Лейтенант резко вырвал у нее из рук стул, с грохотом отбросил его в сторону так, что тот опрокинулся, сгреб ее за одежду на груди и с силой и всей злостью, молча, с глухим стуком, ударил ее в лоб, так что она, даже не успев вскрикнуть, отшатнулась к столу магистра Дронта у стены. Запнулась, схватилась за него, отчего не упала, едва сумев удержать равновесие. Увидев, что его удар не смог свалить ее, лейтенант разъярился еще больше и было подался вперед, поджав локти у боков, чтобы ударить ей в живот, но Вертура подскочил к нему сзади, молча обхватил, приподнял, крутанул всем телом, развернул, откинул в сторону и, грозно выпятив грудь, двинулся на него, выставив перед собой кулаки.
— А ну не трожь ее! — тяжелым низким басом загремел на лейтенанта детектив.
— Ах! — похрипел дезориентированный полицейский и слепо махнул кулаком, но Вертура молча подошел к нему и со всей злобой толкнул его в плечи обеими руками так, что тот повалился назад и с грохотом опрокинув еще один стул, уселся на пол. Падая, он задел стол, опрокинул и разбил фужер.
— Так тебе, мразь! Получи! — плаксиво и мстительно выкрикнула Мариса, оскалилась, сжала кулак, из-за спины детектива.
— Хватит! — закричал теперь и на нее детектив. Теперь он по-настоящему рассердился — или мало что ли было?
И он угрожающе сжал кулак, развернулся и двинулся к ней.
Мариса замолчала. Печально прижимая руку к разбитому лбу, она стояла, униженно смотрела на Вертуру и все еще трусливо сидящего на полу лейтенанта. Слезы ручьями лились из ее глаз, скатывались по щекам, оставляли неровные мокрые следы.
— Давай еще! — бросил ей, отползая под стол от детектива, лейтенант Турко — беги жалуйся леди Тралле! Тварь! Спас тебя Марк, благородный человек, а ты и его в могилу сведешь! Сдашь его! Как и других! Только пакостить, дрянь, и умеешь!
— Трус! Ничтожество! — огрызнулась Мариса.
— Йозеф! — подошел и со всей силы пнул, его по сапогу детектив. Лейтенант заскреб руками по полу, отползая подальше, чтоб больше не били.
Вертура хотел ударить его снова, но агрессия уже пошла на убыль, он выдохся. Каждый шаг отдавался болью в пораненной ноге.
— Вам еще не надоело? — крикнул лейтенанту детектив.
Он заглянул под стол, где лейтенант пытался прятаться от него и обернулся к Марисе, которая наконец-то решила, что пора мудро прекратить сцену. Она стояла, гордо вскинув голову, плакала, внимательно и напряженно смотрела на подравшихся из-за нее мужчин. Ее волосы растрепались, расшитый цветами ворот ее белой рубахи бал разодран. Заколка вырвалась и упала за столы, верхняя застежка ее нарядной черной с багровыми клиньями мантии оторвана, слева на лбу набухала огромная красная шишка.
— Йозеф, вы за старшего! — грубо бросил лейтенанту детектив, подошел к Марисе, резко схватил ее за плечо, подвел к вешалке, выдал ей шляпу и плащ, взял свои вещи и, крепко держа под руку, чтобы она даже не думала вырваться, повел ее вниз по лестнице.
— Я никуда не пойду! — капризно дернула она плечом, но детектив рывком осадил ее.
— Пойдешь! — коротко и с угрозой крикнул он, надел ей плащ через голову на плечи, нахлобучил шляпу и вывел на улицу через дверь на первом этаже. Протащил мимо кустов шиповника на куртину бастиона к реке, и отпустил ее только под тополями у скамейки. Она без сил упала на скамейку, уткнулась щекой в дерево и громко заплакала в голос, как обманутая лукавым егерем деревенская девка. Вертура встал над ней в позу, размышляя, что теперь с ней делать и как ее утихомирить. Снизу послышались тяжелые, шаркающие, шаги.
— Кто ее обидел? — загремел знакомый грозный голос пьяного капитана, который еще позавчера весело рассказывал про сэра Гонзолле и его приключения. Полицейский подошел, грозно навис над Вертурой, засопел и потребовал — ты?
Детектив не успел найти ответ, его опередила Мариса.
— Да! — бросила она сквозь слезы злобно и мстительно.
Капитан без разговоров замахнулся и ударил детектива в щеку, так что теперь он также молча и беспомощно, как совсем недавно лейтенант Турко, отлетел к дереву и, потеряв равновесие, уселся прямо на землю.
— А ну немедленно извинись! — расставив ноги, угрожающе навис над ним капитан, сорвал с пояса плеть.
— Он непричем! Не трогай его! — с яростью окликнула его Мариса.
— Дура! — с ненавистью бросил ей, налился кровью, полицейский и, замахнувшись на нее плеткой, так что она резко сжалась в комок и прикрылась рукой, в последний момент решил не бить, а всосав побольше слюны, жирно плюнул на нее и, удовлетворившись этим делом, вразвалочку засеменил прочь, так и оставив Вертуру и Марису дальше разбираться самим.
