Было слишком громко, слишком темно, слишком тесно. Люди, если хотели что-то сказать, были вынуждены переходить на крик, голоса их становились неестественными. То, как все вокруг двигались, назвать «танцем» не поворачивался язык. Парни преимущественно чокались стаканами с крепким алкоголем и произносили одинаковые тосты за грядущий успех, а девушки, которых и в самом деле было намного меньше, сбивались в стайки и о чем-то перешептывались, изредка прерываясь на то, чтобы лениво выйти на танцпол.
Когда открывалась дверь дамской комнаты, в которой Дина и Мила скрылись, чтобы «попудрить носики», тишина прерывалась музыкальным грохотом, а прохладный воздух смешивался с запахами одеколонов, дезодорантов и алкоголя.
С самого начала все пошло не так, как Мила рисовала в мечтах. Если в ее фантазиях она медленно приближалась к Роме, тот так же медленно оборачивался, скользя по ней равнодушным взглядом, который в одно мгновение сменялся на восхищенный, то на деле все вышло прозаичнее. Рома первым делом направился к Дине, чмокнул ее в щеку и ненадолго обратил внимание на Милу:
— Хорошо выглядишь, я бы тебя не узнал.
Дина закатила глаза, Мила покраснела, и такая разная реакция означала, как ни странно, одно и то же — это самый сомнительный комплимент, который можно выдумать. То есть в обычной жизни Мила выглядит плохо, и тогда уж ее ни с кем не спутаешь.
— С ним все ясно! — Дина склонилась к Милиному уху. Это было так смешно: она говорила шепотом, но одновременно почти кричала, иначе ее было бы невозможно расслышать.
Мила бодро улыбнулась, хотя на душе скребли кошки. Все было ясно с самого начала, но только не с Ромой, а с ней, Милой. Она ведь заранее говорила: из этой затеи не выйдет ничего путного, а из нее никогда не получится принцесса, даже если Дина подарит ей платье, сшитое самими Дольче и Габбаной.
Дина то и дело старалась обратить внимание Милы на заинтересованные взгляды. Мила и сама их замечала — то один предложить потанцевать, то другой принесет голубоватый коктейль в фужере на высокой ножке, то третий подойдет и начнет рассказывать какую-то чушь, в которую Мила даже не вслушивалась. Какая разница, кому ты нравишься, когда ты не нравишься кому-то определенному?
— Тебе тут скучно? — прямо спросила Дина, проведя пуховкой по лбу.
— Да нет, — равнодушно ответила Мила. — Просто это было бессмысленно.
Дина тяжело вздохнула.
Снова приоткрылась дверь и снова показалось, будто кто-то резко увеличил громкость. Мила поморщилась: в зале раздавалось фальшивое двухголосое пение. Кажется, кто-то из участников вечеринки решил переплюнуть дуэт Бейонсе и Эда Ширана. Мало того, что со слухом и голосом у ребят были проблемы, так еще и английское произношение оставляло желать лучшего.
— Спасите наши уши! — фыркнула Дина. — Они там что, проверяют влияние средневековых пыток на современного человека?
— Не-а, — захихикала только что вошедшая блондинка в узком красном платье, — там объявили конкурс на лучший дуэт.
— И в основном все разбиваются на пары мальчик-девочка? — уверенно предположила Дина.
— Конечно! — закивала блондинка. — Так интереснее.
Дина взяла Милу под руку, они вышли в узкий коридор и, не сговариваясь, остановились.
— Хочешь, уйдем? — спросила Дина. — Скучновато тут.
Не нужно было обладать особой чуткостью, чтобы понять, что Мила разочарована. Что она не рада провалившимся с треском планам, реакции Ромы… Но Мила все равно была благодарна подруге — она пришла сюда ради нее, очень старалась, чтобы все прошло гладко, и равнодушно отнеслась ко всем оказанным знакам внимания, коих было немало.
— А я тебя ищу! — Рома будто появился из воздуха, Мила даже вздрогнула. Хотя обращался он, разумеется, не к ней, а к Дине. — Там, типа, баттл устроили. Ты поешь?
— Только гимн, когда наши выигрывают, — не глядя на него, ответила Дина.
— Так поешь или не поешь? — не отставал Рома.
— Я пою, — чуть слышно проговорила Мила.
Дина обернулась к ней и переспросила:
— Серьезно? Ты хочешь?
— Вот видишь! — снова влез Рома. — Даже она хочет!
Неизвестно, что обидело Милу больше — унизительное «даже» или сам факт, что для парня, который вызывал у нее самые теплые и нежные чувства, она всего лишь «плюс один». Мила крепко взяла Дину за руку и сказала:
— Да, я хочу.
— Отлично. — Дина хлопнула Рому по плечу. — Я нашла тебе пару.
— Нет, — покачала головой Мила. — Я не с ним хочу, а с тобой.
У Ромы приоткрылся рот. Похоже, жизнь не готовила его к отказам сразу от двоих девушек, и если в случае с Диной он был убежден, что эта красотка просто набивает себе цену, то другая-то чего?
— Ну, пошли, — усмехнулась Дина. — Разбавим эти романтические дуэты женским вокалом.
