Аллен стоял в узком коридорчике второго этажа родного приюта, и безликой темноты тоже не было. Грубые голоса раздавались с нижнего этажа, громкие, повелительные приказы пошевеливаться и двигаться быстрее.
Аллен замер на месте, чувствуя, как дрожь старого, детского страха сковывает тело. Там, внизу учителя и взрослые, по ночам попадаться им на глаза было опасно. По ночам они проводили тайные ритуалы, по ночам они забирали детей, которым не суждено вернуться. Ночи всегда пугали, и Аллен предпочитал побыстрее заснуть. Прямо здесь, сбоку, за дверью находилась спальня среднего звена, где впритык друг к другу размещались их кровати,а у стены тумбы и шкафы с вещами.
Зачем он здесь?
— Вайзли? — К курящему в конце коридора перед распахнутым окном молодому мужчине подошёл второй в темном одеянии с алыми начертаниями — воспитатель. — Смотрю, ты снова чем-то недоволен?
— Сами будете объяснять Госпоже Ледоре, от чьей халатности у нас уже третья смерть на месяц.
— Да ладно. Той зимой холода слишком сильные…
— Ну да. Я же подготавливал программу для Клейнер и успел передать первый набросок.
Подошедший неясно выругался.
— Вот и я о том же. — Гарнер покачал головой, — так что, Стив, лучше подумай о том, есть ли вообще смысл прикрывать этого дурака. Видел, что творит его ассистентка? Вот та же наука, будто в Орден попал...
— Не сравнивай нас с этими мразями!
— Я сравниваю не тебя, а этого олуха конкретно! — Вайзли сердито махнул рукой, выбрасывая на улицу окурок, и, скривившись, сжал пальцы у виска. Как будто ему вдруг стало больно.
Странно, Аллен не помнил, чтобы он слышал подобный разговор. Чтобы он вообще прогуливался вот так ночью, и тем более он не знал, что случилось с близняшками.
— Из-за таких, как он, нам приходится каждый месяц проводить сведение. Круг лихорадит. Да. Лучше бы от него избавиться. Но Госпожа желает провести нас без потерь, перестраиваться под новых неудобно, а людей и без этого не хватает.
— Как у младших с рунами?
— Старший футарк знаком всем. Я озабочиваюсь его знанием в первые же недели. Если, конечно же, ребёнка не подносят капищу. Но не обольщайся, ты помнишь, сколько введены в общину?
— Близняшки тоже были введены, — вдохнул воспитатель, внимательно вглядываясь во что-то на улице.
— Минус два, — безразлично заметил Гарнер, отлипая от подоконника и с приглушённым хлопком закрывая раму. Поправив свой плащ, он внимательно посмотрел на коллегу. — Пойдем, спустимся, узнаем, что за крики они развели и почему до сих пор во дворе.
— Привет, Аллен, — неожиданно раздалось сзади.
Юноша вздрогнул, невольно вспоминая, что он больше не подопечный Дома Желаний, и что Дома больше не существует. Вот только стоящий за спиной парень в дрожащем свете горящих свечей длинного подсвечника тоже уже был мёртв.
— Не спишь, Аллен?
Джаред обожал называть его по имени. Джаред — старший помощник учителя Мертина. Блондин с постоянно слезящимися голубыми глазами, липкой улыбкой и сладким голоском.
Аллен отступил, и под ногами хрустнула ветка. Приюта больше не было, он снова был в лесу. И его плотным коконом окутывал туман, и даже сейчас высокая фигура Джареда, расплывалась и казалась скорее призраком, а не реальным человеком.
— Джарр… — Аллен продолжал отступать назад, ощущая иррациональный страх. Куда-то делся его нож, куда-то делся его фонарик. Он сам попал в никуда.
— Аллен, разве тебе не говорили, что хорошие детки по ночам спят? — угрожающая улыбка на лице парня и его медленные шаги в сторону Уолкера.
— Я не ребёнок.
— Очень-очень непослушный ребёнок… — сладко пропел Джаред, в одно мгновение оказавшись прямо перед юношей. — А знаешь, что бывает с непослушным детками, как ты?? — угол рта неожиданно раскроился вверх, пересекая щеку поползла рваная рана. В глазах парня, ухватившего Аллена за плечи, плескалось само безумие. Уолкер пытался оттолкнуть Джареда, но
собственное тело оказалось ватным, неподдающимся, а хватка противника стальной.
— Непослушных деток наказывают… Ты думал, что сможешь безнаказанно вернуться, Аллен?
Рука парня легла Аллену на грудь, впиваясь пальцами в плоть каким-то немыслимым образом, вгрызаясь ногтями всё глубже.
«Нет, нет, нет, это бред. Пожалуйста, кто-нибудь, пусть это прекратиться!»
Пальцы, словно стальные штыки, погружались дальше, болезненно разрывая, словно пытаясь добраться до самого сердца. А сам Джаред прижался своим рваным ртом прямо к губам Аллена в грубом подобии поцелуя, кусая до крови….
— Клаудия!!! — негромкий детский голос прорвался сквозь боль, шум и туман, разрывая реальность на куски и заставляя Аллена удивлённо распахнуть глаза, глядя вверх на тёмно-серое небо.
В стороне скрипели качели, и хотя он не смотрел, но отчётливо видел, что на одной из них сидит девочка, а вторая, темноволосая, осторожно крадётся из-за угла невысокого здания.
— Привет, сестричка! — черноволосая заключила в объятия несопротивляющуюся подругу в объятия, останавливая неспешное раскачивание и скрип. Вторая медленно обернулась, выставляя на обозрение своё худое личико в обрамлении серого платка.
