Тошнота подступает к горлу, когда я вижу кровь. Заставляю себя не обращать внимания и оборачиваюсь к морю, желая, чтобы мне передался его покой. Не хочу представлять, что карманник сделал с теми людьми. Я видела достаточно. Останусь здесь, в безопасности, наедине с бушующим морем. Можно думать о плаванье. О папе. О свободе…
– Шрамы, – голос Роэна обрывает мои мысли, – они свежие?
Смотрю на него, как на оришанского шмеля, которого нужно раздавить:
– Не твое дело.
– Если нужен совет, я дам. – Роэн поднимает рукав, и весь мой яд исчезает. Кожа покрыта кривыми шрамами, которые поднимаются по руке от запястья к плечу и исчезают под одеждой.
– Двадцать три, – отвечает он на незаданный вопрос. Каждый раз, когда убивали одного из моей команды, они оставляли новый рубец.
Он дотрагивается до шрамов, и лицо омрачают воспоминания. От этого зрелища мои собственные раны дают о себе знать.
– Стражники?
– Нет. Добрые люди из моих краев. Страны, что лежит за морем.
Вглядываюсь в горизонт, представляя другой маршрут, туда, где нет ритуала, магии, Сарана. Страну, где никогда не было Рейда.
– Как она называется?
– Сутори. – Взгляд Роэна становится задумчивым. – Тебе бы там понравилось.
Если в ней полно людей, поощряющих пытки и мошенников вроде тебя, мне бы не хотелось ее видеть.
Роэн вновь улыбается. На этот раз ласково. Теплее, чем я ожидала. Но я знаю, что такая же улыбка появляется у него на губах, когда он шутит или режет глотки.
– Послушай. – Он подходит ближе, глядя мне в лицо. – По моему скромному опыту, телу и духу нужно время, чтобы залечить раны. А твои еще свежи.
– Что ты хочешь сказать?
Роэн кладет руку мне на плечо, слегка задевая рубцы, и я вздрагиваю.
– Если ты не сможешь сделать это, мне нужно знать. Не надо. – Он обрывает меня прежде, чем я успеваю возразить. – Дело не в тебе. После того, как получил эти шрамы, я неделями не мог говорить. Тем более бороться.
Он словно бы залез ко мне в голову, будто знает, что магия иссякла.
– Так что? – давит Роэн.
– Виновники моих шрамов на этих кораблях.
– Я не буду рисковать жизнями своих людей, чтобы ты могла отомстить.
– Даже если заживо освежую Сарана, все равно не буду чувствовать себя отомщенной, – сбрасываю его руку со своего плеча. – Дело не в нем. Даже не во мне. Если не остановлю его завтра, он сделает с моим народом то же, что и со мной.
Впервые после пытки я чувствую вспышку прежнего огня внутри, который всегда был сильнее моих страхов. Но теперь это пламя свечи, которое загорается и тут же гаснет на ветру.
– Отлично. Если мы прибудем туда завтра, тебе лучше собраться с силами. Мои люди – лучшие из лучших, но мы идем против флота. Нельзя падать духом.
– Почему это тебя так волнует?
Рука Роэна взлетает к сердцу, он зажимает воображаемую рану:
– Я – профессионал, милая. Не люблю разочаровывать своих клиентов, особенно если это боги.
– Это не твои боги, – качаю я головой. – Они не выбирали тебя.
– Уверена? – Улыбка Роэна выглядит слегка пугающе. Он прислоняется к борту. – В Джимете более пятидесяти кланов наемников, милая. Пятьдесят пещер, куда вы с друзьями могли забрести. То, что боги не провалились сквозь потолок моей, еще не значит, что они меня не выбрали.
Смотрю в глаза Роэну, пытаясь разглядеть насмешку, но ее нет.
– Ты хочешь, чтобы боги помогли нам в битве с армией короля?
– Дело не в моей вере в них, девочка. Я подстраховываюсь. Я не в курсе божественных планов и не люблю связываться с тем, чего не знаю, – он обращается к небесам и кричит. – Но я предпочитаю золото!
Я смеюсь и удивляюсь сама себе. Никогда не думала, что буду снова улыбаться.
– Жду не дождусь божественного золота.
– Не знаю. – Роэн берет меня за подбородок. – Они послали в мою пещеру загадочную маленькую заклинательницу. Уверен, будут и другие дары.
С этими словами он уходит, на секунду задержавшись, чтобы добавить:
– Поговори с кем-нибудь. Шутки не помогают, а вот беседа – в самый раз, – улыбка лисса снова появляется на его губах, в стальных глазах читается озорство. – Если тебе интересно, моя каюта рядом с твоей. Говорят, я отличный слушатель.
Он подмигивает. Я закатываю глаза, и Роэн уходит.
Обернувшись к морю, пытаюсь снова почувствовать умиротворение, но чем дольше смотрю, тем больше понимаю, что он прав. Я не хочу быть одна. Только не ночью, которая может оказаться последней. Слепая вера в богов привела меня сюда, но завтра, когда я окажусь на острове, понадобится что-то большее.
Отбрасываю сомнения и иду по узкому коридору, минуя дверь Тзайна и свою собственную. Мне надо с кем-то поговорить. Подхожу к нужной комнате и тихо стучу. Сердце колотится, как молот, когда дверь открывается.
– Привет, – шепчу я.
