– Констанция, вы меня пугаете, – мягкий и ровный голос Франка Аллана прозвучал куда приятнее этой дурной латиноамериканской песенки, что стояла на рингтоне.
– Пугаю вас? – непроизвольно губы Конни растянулись в глуповатой ухмылочке. – Чем?
– Тем, что стоите у меня под окнами в…а который час, кстати говоря?
– Жуткая рань, – рассмеялась девушка, но тут же принялась вертеться на месте, пытаясь понять, где же те самые окна. На узеньком, увитым цветущими кобеями балкончике красивого молочно-белого домика стоял молодой человек в полурасстёгнутой белоснежной сорочке и серых домашних брюках. Несмотря на сонный и слегка помятый вид он по-прежнему был похож на ожившую картину, а резные рамы балкона лишь сильнее подчёркивали это. Лениво он опёрся на каменные перила и слегка махнул рукой, уводя телефон от уха.
– Доброе утро, – поприветствовал он весело. – Вы меня ищете или просто вышли на прогулку?
– Второе. Я не знала, что вы тут живёте, – бодро отвечала Конни.
– Значит, мне не стоит вас задерживать и предлагать кофе?
– Боюсь, кофе в моём организме уже больше, чем воды…
– Я вам завидую.
– Не стоит, – девушка рассмеялась и сощурилась, точно не зная, что именно ослепляет её – солнце или великолепная улыбка красавца на балконе. – Но мне, на самом деле, есть о чём с вами поговорить.
– Замечательное начало дня, – зевая, проговорил Франк Аллан. – Заходите, дверь открыта. Мне необходимо принять человеческий облик, а потом я весь ваш!
Конни кивнула и бросилась к дверям, почему-то испытывая странный прилив крови к ушам и щекам от этой последней фразы, небрежно брошенной молодым господином Алланом. Конечно же, он сказал это для красного словца, иначе и быть не могло, но прозвучало всё равно как-то волнующе…
Дом, казавшийся таким живым снаружи, внутри был полупустым и как будто заброшенным. Немногие предметы мебели были закрыты полиэтиленовыми чехлами, на стенах не было ни картин, ни фотографий, а на подоконниках лежал белый, как снег, слой пыли. И лишь на кухне было оборудовано что-то вроде жилого пространства, где помимо работающего холодильника, плиты и микроволновки обнаружился мягкий диванчик, телевизор и крохотный столик с двумя стульями.
– Мы купили этот дом всего пару месяцев назад, – извиняющимся тоном пояснил молодой человек, отследив взгляд гостьи, скользящий по периметру помещения. – Купить-то купили, а что с ним делать – ещё не придумали. Вся мебель тут от старых хозяев, и мне совершенно некогда с этим возиться. Подумываю нанять бригаду ремонтников и отдать это место им на съедение…
– Вы собираетесь переезжать в Линсильву? – с нескрываемой надеждой в голосе спросила Конни, но в ответ Аллан лишь тихо рассмеялся. Каким-то непостижимым образом он и вправду умудрился за пять минут привести себя в порядок – на нём прекрасно сидел светло-серый костюм-тройка, а лицо казалось свежим и даже сияющим.
– Нет, ни в коем случае, – покачал головой молодой человек. – То есть тут, конечно, мило и солнечно, но немного провинциально. Уж не поймите меня неправильно, но я вырос в Калимонтеме, а это большой и густонаселённый город. К тому же я очень люблю свою работу в школе и не готов её бросать.
– Зачем же тогда покупали этот дом? Вкладываетесь в недвижимость?
– Ну, в общем, да. А ещё…думал, что смогу приезжать летом, помогать с приёмом студентов в университете и навещать тётю… Теперь это кажется бессмысленным, – Франк прошёл вглубь кухни и вдруг замер, а затем оглянулся на свою гостью с выражением абсолютной растерянности на лице. – Констанция, так мне же кроме кофе и предложить вам нечего!
– Предложите мне интересного собеседника, – порозовев немного, повела плечами девушка. – Я хотела вас о чём-то попросить…
– Просите, не стесняйтесь.
– Сегодня я была в доме вашей тётушки и нашла там ящик с фотографиями и письмами. Варга говорит, они не имеют отношения к делу, но я бы все равно хотела их изучить. Правда, я могу это сделать только с вашего дозволения.
– Варга не совсем прав, я ещё не вступил во владение наследством.
– Но ведь оно ваше? То есть…Исидора Совиньи вас указала, как наследника?
– Пополам меня и маму, но я сейчас управляю делами и имуществом матери, поэтому…получается, да, я основной наследник. И всё же пока ещё ничего из вещей тёти мне официально не принадлежит. Кроме, пожалуй, того, что она передала мне до своей смерти. Одну минуту, Констанция… – на последней фразе молодой человек нахмурился и стремительно покинул кухню. В коридоре послышались его шаги и скрип деревянных половиц. На какое-то время хозяин дома исчез где-то в районе второго этажа, а вернулся уже с пухлым альбомом в руках. – У меня всё не так систематизировано, как это было у тёти. Знаете, я не мастер скрапбукинга. Эти фотографии она передала мне за день до своей смерти, чтобы я отвёз их маме. В основном, это их общие воспоминания и кое-какие сентиментальные мелочи…
– Ого, какая удача! – принимая из рук Франка тяжёлую папку, воскликнула Конни. – С чего вдруг она решила ото всего этого избавиться?
