Из камеры слева на меня взирал Барли, с таким отчаянием, словно он меня предал. Из камеры справа на меня смотрел Крис — выражение его лица я не мог расшифровать.
Почему Кавано арестовал их?
Начальник увидел, что я гляжу на друзей, и проговорил:
— Эрик рассказал, что вы втроем набросились на него сегодня.
Барли повесил голову, Крис пробормотал что-то вроде «засранец».
Эрик Блэйдс сидел к нам спиной в центре комнаты.
От взгляда на него мне стало не по себе. Не только потому, что он сидел на стуле прямо, как доска, или потому, что не двигался, а оттого, что я думал, он в больнице. Вспомнив рану у него на животе, я поразился, что он еще в сознании.
Шварбер оторвался от телефона.
— Ты быстро.
Кавано кивнул.
— У Берджесса галлюцинации.
Я не обратил на это внимания.
— Что именно рассказал вам Блэйдс?
— Завали хлебало, — прорычал Стакли. Отшвырнул газету и выпрямился. Словно чудовищный волнорез, встающий из вод.
— Если откроешь рот после того, что сегодня выкинул, я тебе башку проломлю.
— В камеру, — сказал Кавано.
В прошлый раз я заметил камеры, но тогда к ним не присматривался. Теперь я оценил дрянные клетушки с грязными шлакоблочными стенами. Кавано будто специально сделал их такими мерзкими, чтобы людям внутри было как можно хуже.
Крис уставился на начальника.
— Вы и Уилла запрете?
— Не беспокойся, — ухмыльнувшись, сказал Стакли. — Вы сможете поцеловаться через прутья.
Барли спросил:
— Разве мы не можем позвонить? Это наше конституционное право.
— Линии оборвало, — сказал Кавано. — В любом случае я наведаюсь к твоим родителям. Это лучше звонка.
Я уставился на начальника, не веря своим ушам.
— Вы поедете к Барли? Моя мама и сестра...
— Услышу еще хоть слово о твоей матери и сестре — и проломлю кому-нибудь череп.
Стакли двинулся ко мне, словно желая это сделать.
— Не трогай меня! — сказал я, пятясь. — Не...
Стакли схватил меня за загривок и швырнул в открытую камеру. Прежде чем я восстановил равновесие, дверь захлопнулась. Стакли запер ее, прямо как коп в кино. Только на сей раз все было взаправду.
— Пойдем, Билл, — сказал Кавано. — Навестим Марли, посмотрим, что там найдем. Терри, пригляди за этими идиотами.
— Сказал главный идиот, — пробормотал Крис.
Если Кавано и услышал, то вида не подал. Дойдя до двери, он остановился и хмуро посмотрел на Эрика Блэйдса, который с момента нашего появления не сказал ни слова и просто сидел, закрыв глаза и сунув руки в карманы.
— Ты в порядке, Эрик? — спросил Кавано.
Доброжелательность в его голосе застала меня врасплох. Потом я понял, чем вызвана такая перемена. Эрик был сыном школьного инспектора, следовательно, важной персоной в глазах начальника.
Эрик не ответил.
Кавано еще мгновение смотрел ему в спину, затем кивнул.
— С тобой останется помощник Шварбер. Если эти придурки будут тебя обижать, просто скажи ему, и он им наваляет. Понял?
Снова молчание.
Кавано вышел. Чуть позже Билл Стакли потопал за ним, оставив нас с Терри Шварбером и Эриком Блэйдсом.
На секунду в участке стало тихо. Только чуть слышно гудел кондиционер и попискивал мобильник Шварбера.
Я взглянул на Блэйдса.
— Как ты удрал от той твари?
— Что? — спросил Крис.
— От какой твари? — одновременно с ним спросил Барли.
Я не знал, как объяснить им все, что случилось, начиная с кошмара с полицейскими в лесу. Как рассказать о Пите Блэйдсе? О монстре. О мертвых копах. О Карле Паджетте, вогнавшем пулю в сердце детектива Вуда. О маме, возможно уже утонувшей в той дыре в подвале.
И о Уоллесах. О том, как части их тел были разбросаны по гостиной. О кровавой надписи на стене. О Пич и Джулиет в лапах серийного убийцы-каннибала. Вероятно, даже не человека, а чудовища.
— Уилл, — сказал Крис, — о чем ты?
Голос Барли дрожал:
— Серьезно, чувак, ты пугаешь меня.
«Добро пожаловать в клуб», — подумал я. Я-то находился в ужасе уже несколько часов. Если мои нервы натянутся сильнее, я просто взорвусь.
Я посмотрел на Криса.
— Где ты был, когда Кавано тебя арестовал?
Крис опустил глаза, покраснев.
— Дома. Когда отец бьет маму... — Он скривился, но взял себя в руки. —...она всегда идет домой к Барли. Миссис Марли помогает ей... не знаю... умыться, наверное. А Барли сидит со мной.
Я подавил чувство, что меня предали.
— Почему ты мне раньше не рассказал?
Крис не смотрел на меня.
— Думаю, не хотел тебя беспокоить.
Мое горло сжалось. Я желал, чтобы прутья между нами исчезли, как никогда хотел обнять своего друга.
Снова воцарилась тишина.
Почему-то я посмотрел на Эрика Блэйдса. Он сидел, опустив голову и закрыв глаза. Как дед в доме престарелых, а не торчок-правонарушитель.
— Почему та тварь не убила тебя? — снова спросил я. — Она убила твоего брата. Полицейских. Почему пощадила тебя?
Не отрываясь от мобильника, Шварбер спросил:
— Что за хрень ты несешь? Хватит выдумывать, Берджесс. У тебя и так хватает проблем.
— Расскажи ему, Эрик, — не отступал я. — Расскажи помощнику о смерти твоего брата. Расскажи о Хаббарде и Флинне.
Эрик не отвечал.
Я хотел, чтобы он открыл свои мерзкие карие глаза, чтобы посмотрел на меня.
Эрик так и сделал.
