– Ползи сюда, – хихикнул тот, – тут так уютно и темно.
Стол на мизерной кухне и правда стоял у стены, а справа от него располагался обычный кухонный шкаф для всяких сувениров и чайных сервизов, вместо которых на полках стояли пустые бутылки из-под пива, валялась пакетированная лапша и сломанные зажигалки. Келли вычищала его раз в месяц, славно матерясь, а сам Доминик не рисковал туда лезть без крайней надобности.
Местечко под столом и правда было затемнённым.
– Ты что творишь? – удивлённо повторил Доминик, пялясь в экран, и пытался разобрать мелкий шрифт, прилагая немало к этому усилий.
– Кейт и-ди-на-хуй, – по слогам зачитал Эдвард, – готово.
– Дурак, – Доминик насильно отобрал у друга телефон, тыкая пальцем на домик в середине нижней панели. Из-за излишне долгого касания экран потемнел, и Ховард весьма удивился, когда увидел знакомую фамилию в одном из свёрнутых приложений. – Это ещё что?
Эдвард издал довольно странную череду звуков, от непонятного ворчания до довольного девичьего писка и пародии на голодного кота.
– Твиттер.
Однако Доминик просто уставился на друга, ожидая объяснений прежде, чем подтвердить свои опасения.
– У него есть твиттер, – снова пискнул Эдвард, укладываясь на колени Ховарду, который уже даже не пытался сопротивляться – Харрисон был в доску, стельку и множество других предметов.
– Ну и ну, – фыркнул Доминик, выпрямляя ноги, чтобы друг не стукнулся своей и так пришибленной головой о столешницу. – Что тут у вас, мистер Беллами?
Он разговаривал с гаджетом, пока Эдвард восторженно сопел ему в бедро, и подобная ситуация отнюдь не была необычной. Правда, раньше Эдвард никого не любил и просто безнаказанно валялся на какой-либо части тела Доминика, а теперь приходилось ещё и убеждать его, чтобы уберечь от ненужного вреда, что это просто причуда, которая случилась от полнейшей скуки последнего года магистратуры.
На юзерпике мистер Беллами был в свитере, над чем Ховард не упустил возможности посмеяться (а также поразглядывать пару минут – редко такое чудо можно было увидеть), и нажал на скромное число в тысячу с лишним твитов.
– Прекрасная ночь с моим старым добрым душевным педагогом, – зачитал пафосным тоном Ховард, что вызвало волну непонятных уму человеческому звуков откуда-то снизу, где всё ещё валялся Эдвард. – Ой, инстраграм. Дегустация вина?
– Он на этой фотографии просто невероятно хорош, – прохныкал Эдвард. Мистер Беллами там, в строгом чёрном костюме, как и МакСтивен, держал бокал хорошего даже по виду вина и улыбался в своей любимой манере – правым уголком губ.
– Утро, кофе, мюсли, дешёвые сигареты. Моральная готовность к семинару равна ста процентам, – Ховард прыснул. – Серьёзно?
Эдвард лишь мечтательно вздохнул.
– Я ответил ему.
Нажав на твит, чтобы просмотреть ответы, Доминик едва поборол желание начать биться затылком о стену.
– Самый милый завтрак в мире? Ты совсем рехнулся? – Ховард зашёлся смехом, а под конец совсем закашлялся, едва не подавившись собственной слюной.
– Он мне тоже ответил, – Эдвард расслабился, почти не двигаясь, и с той же силой развязался его язык; даже навык понимать его в любом состоянии Ховарду пришлось навострить, чтобы уловить каждое слово.
– Посмотрим, – протянул он с издёвкой.
@gomrbellamy 11h ago
«Мягчайший, если залить йогуртом»
– Господи, – с максимальной харизмой воскликнул Ховард. – Сколько ты вопил над этим несчастным ответом?
– Где-то… ммм ч…са два.
– Не спи, дурак. – Доминик потряс друга за плечо к его вящему недовольству. – Пойдём курить.
– О, давай, – мотивация прошла успешно. Доминик хмыкнул, пытаясь выползти из-под бренного тела, навалившегося на ноги.
Спустя пару неожиданно попавшихся по пути дверных косяков и неровно лежащих ковров, с куртками и минимальными потерями, они выбрались на свежий воздух, тут же усаживаясь на вторую ступеньку крыльца. Эдвард вытянул из протянутой Домиником пачки две сигареты, пока Ховард выискивал по карманам зажигалку. Наконец закурив, они погрузились в блаженную тишину и темноту половины восьмого вечера.
– Останешься? – взглянул на совсем заплывшего друга Доминик.
– Ага, – Эд шумно выдохнул сигаретный дым. – Только если не не на полу.
– Нет, конечно.
Спустя полсигареты Ховард нарушил вновь установившуюся тишину вопросом:
– Ты уверен, что это не просто заскок?
Эдвард яро закивал, стряхивая пепел себе под ноги, но обоим уже было плевать.
– Мне ещё никогда так никто не нравился, – парень запнулся.
– Но вы же как-то знакомы, – Доминик попытался выпустить дым колечками, но после очередной неудачи продолжил: – С первого курса. И ничего.
– Я думал, что восхищаюсь им только как пре… подавателем. Но с тех пор, как прошёл тот слушок, в прошлом году… – Эдвард снова начал мямлить, смущаясь.
– Ясно, – фыркнул Ховард. Он прекрасно помнил, как пошла по экранам гаджетов фотография мистера Беллами со стаканом виски у бара, и чёрт бы кто знал, что это за бар, если бы не особые «знатоки», которые утверждали, что определили точно, где этот бар находился и какой контингент его наполнял.