– Доминик Ховард! Извините, что отвлекаю вас, – студент дёрнулся, уставившись на МакСтивена. На самом деле он даже был ему благодарен, потому как вряд ли смог бы оторвать взгляд от мистера Беллами. Тот, видимо, был таким же упрямым, как и сам Доминик, поэтому смотрели бы они друг на друга до окончания лекции в нежелании уступить. – Ладно, пока всезнайка собирается с мыслями, – Доминик улыбнулся, заслышав свою кличку, – сколько у нас здесь человек с другого факультета?
Над головами показалось с десяток рук.
– Вы с отделения социологии? Сколько за это утро написали графиков?
– Штук десять, – откликнулась Кейс.
– А учителя сколько написали?
– Нисколько! – в один голос с другими ответил Ховард.
– Видите, как хорошо быть учителем, – улыбнулся МакСтивен. – Помогло проснуться, дорогие заключённые?
Мистер Беллами наблюдал всё происходящее, а также воспринимал жёлтый уровень шума в аудитории будто бы с лёгким непониманием того, что же вообще происходило. Однако студенты были уже привыкшими к шуткам МакСтивена и относились к ним как к простой рефлексии.
– Мистер всезнайка, прошу, выходите к нам, – преподаватель махнул рукой на место рядом с кафедрой. Доминик со вздохом поднялся, чтобы пройтись до места, на котором многие выдавали просто невероятные определения от волнения. – О чём поболтаем?
Доминик пожал плечами.
– Так-так, – МакСтивен улыбнулся, – у нас есть приглашённый гость, прошу любить и жаловать, – он махнул рукой на Беллами, и тот в свою очередь растянул губы в подобии улыбки. Из аудитории поднялась волна хлопков, но Доминик не повиновался рефлексу, сцепив руки в замок за спиной и слегка потягиваясь. – Что вы выбираете, дорогой мистер Беллами?
Преподаватель сделал вид, что задумался, но после, подождав, пока все затихнут (интригу нагнетая нешуточную), спросил:
– Пойдёте со мной на репетицию?
– Нет-нет-нет, три определения. Без запинок, – покачал головой МакСтивен.
Половина аудитории застыла с примерно одинаковым выражением лица, а другая потянулась за своими средствами связи, дабы отписать об этом куда-либо.
– Хорошо, – мистер Беллами поправил очки на носу. – Жёсткое управление самостоятельной работой?
– Характеризуется точным анализом целей и чёткой последовательностью действий учащихся, задаваемой извне управляющей системой.
– Ничего себе! Так даже не интересно, – повёл носом МакСтивен, когда Ховард выжидающе уставился на него. – Идите уже, идите, – Доминик улыбнулся, направляясь к своему месту, а мистер Беллами ещё перекинулся парой фраз с другим преподавателем и затем вышел, не закрывая за собой дверь.
Доминик покидал вещи в рюкзак, кинув МакСтивену «до свидания», удалился быстрым шагом, но за дверью его неожиданно крепко ухватили за локоть. Он ойкнул, чтобы обнаружить ожидающего его прямо за дверью преподавателя.
– Не поймите меня неправильно, – Беллами медленно выдохнул. – И почему мисс Грандхауз прогуливает стилистику? Пойдёмте, пока меня не начали разыскивать, – он улыбнулся сам себе, направляясь дальше по коридору. Из всего этого Доминик понял лишь что: а) он искал Келли; б) её на лекции не оказалось; в) потому, возможно, случайно увидев его, Доминика, он и решил… решил что?
– Но, мистер Беллами, стойте, – студент ускорил шаг почти что вдвое.
– Что? – прямо спросил тот, сбив с толку Ховарда. И он ответил совершенно другим вопросом.
– Это документально заверено?
– Как хотите, могу внести вас в списки. Будете моим плюс один.
Ховард сосредоточенно кивнул, поспешив за мистером Беллами. Тот завернул в свою лаборантскую, а Доминик в гардероб, и они, не сговариваясь, встретились десятью минутами позже у главного входа.
– Мы идём в главный корпус, как вы уже поняли.
– Там, где давали диплом? – Ещё более дурацкого описания, конечно, было никак не найти.
– Именно, – преподаватель поднял ворот пальто и, кажется, подмигнул.
Всё в том же темпе направляясь к одному из стоящих в самой середине корпусов, Доминик следовал по пятам за мистером Беллами, снова ощущая аромат его парфюма. Он отличался от предыдущего, или же так казалось, Ховард понять не мог, но ненавязчиво спросил:
– Времени совсем нет?
– На самом деле, моё беспокойство началось преждевременно.
– На сколько? – улыбнулся Доминик, уткнувшись носом в шарф.
– Минут на двадцать.
Досадливо сморщив нос, он тихо рассмеялся, ухватив мистера Беллами локоть и притормозив.
– Я думал, мы как минимум опаздываем на второе пришествие.
– К счастью, это не так, – Беллами, наконец, остановился, поднимая кверху голову. Доминик удивлённо осознал неладное: на нём не было очков.
– Можно зажигалку?
Преподаватель кивнул, одолеваемый, судя по всему, странным настроением. Он достал из кармана чёрную потёртую пластиковую зажигалку с железным колпачком (наверное, она была подарком от кого-то, потому что перезаправить её не составило бы проблем), и не глядя протянул Ховарду. Студент удивлённо взглянул на мистера Беллами ещё раз, тот и не собирался курить, но Доминику бы очень хотелось разделить с ним эти пять минут когда-нибудь.
Он отвернулся и прикурил, став спиной к поднявшемуся ветру.