Доминик старался не обращать внимания на то, как странно ему было до сих пор случайно оказаться рядом с преподавателем - выйти покурить на улице, встретиться в столовой или вот, в уборной, за обычными делами. Хотя Доминику уже привык пить с ним (и без него) чай в свободные часы, сидя на месте мистера Беллами, пока тот отлучался, чтобы прочесть лекцию или провести туториал.
Всё это случилось за пару недель, и у Доминика возникало ощущение, что по жеманному мановению чьей-то руки они катились теперь к какой-то определённой точке, не в силах остановить ход событий и предотвратить незримый, но всё же приближающийся результат.
– Вы точно не носите ключ на шее? – улыбнулся Доминик старой шутке, опуская руки под тёплые струи воздуха.
– Нет, – мистер Беллами тоже подошёл к раковине, – всего лишь идентификация по отпечатку большого пальца и третьей справа хромосоме через ваш левый глаз.
Студент хохотнул, отчаянно чеша нос, который уже тёк, чуя неладное.
– Могу провести вас как-нибудь.
– А это законно?
– За особые заслуги я смогу устроить это крайне небезопасное мероприятие, – мистер Беллами дёрнул правым уголком губ в излюбленной манере. – Главное, чтобы больше никого не было.
– Удержу вас на честном слове, – вздохнул Доминик, раздумывая, как же ему быть.
На самом деле ещё полчаса назад он разыскивал мистера Беллами, но теперь, завидев его, совершенно не настроенного куда-либо идти, Доминик вспомнил про свой зонтик, который оставил за кабинкой, и решил. Хотя зонт было жалко, но…
– Вы что, собираетесь идти туда без зонта?
Вот и оно.
– Я где-то его оставил, хоть и брал с собой.
– В такую погоду? – сказал мистер Беллами строго, поворачиваясь к Доминику. – И где вас потом разыскивать, скажите на милость?
– Я только хочу попасть куда-нибудь, где можно купить сигареты, а потом сразу обратно, – студент изогнул брови в умоляющем жесте.
– Вы знаете хоть один магазин поблизости?
– Нет.
Мистер Беллами пробормотал что-то вроде «ждите здесь», прежде чем исчезнуть за поворотом. Доминик остался ждать на том же углу, затем опомнился и забрал свой старый складной зонтик. Он запихнул его поглубже в сумку, рискуя выставить себя дураком, но всё-таки жаба душила его потерять просто так, а уж тем более намеренно.
Глянув на экран блокировки, Доминик понял, что у них с мистером Беллами оставалось целых три часа, но вернуться они были обязаны вовремя. Впрочем, Беллами обладал феноменальной способностью рассчитывать время идеально верно исходя из обстоятельств. Потому, стремительно прошагав мимо Доминика, мистер Беллами подал ему тот самый зонт-трость, жестом призывая следовать за ним.
Однако стоило им выйти за ворота и направиться вниз по улице (Ховард вообще слабо представлял, куда они идут), как дождь тут же превратился в мерзкую морось, а затем, когда они свернули по перекрёстку влево, и вовсе исчез, лишая их “прекрасной” возможности потереться друг о друга боками под одним грибом из чёрного брезента. Мистер Беллами всё же был доволен тем, что находился не в здании, а на улице. Сначала неохотно, затем всё больше и больше, он позволял Доминику заговорить себя, и уже через пятнадцать минут ходьбы студент узнал, что любимыми сигаретами мистера Беллами был Винстон в любом его виде, а к предложенным более дорогим маркам он относился как к выброшенным без надобности деньгам.
Когда Доминик увидел знакомую по рассказам и статьям витрину, то остановился, резко затормозив вместе с собой мистера Беллами, когда ухватил преподавателя за локоть.
– Это… – он замялся. – Это тот самый магазин?
Мистер Беллами проследил его взгляд своим и усмехнулся.
– Ничего в нём такого. Внутри нет голых моделей и никто не танцует стриптиз в леопардовых стрингах.
– Мистер Беллами! – ужаснулся Доминик, по привычке пихая того под бок, как делал всегда с Эдвардом, но преподаватель лишь мрачно рассмеялся.
– Хотите зайти?
– Очень любопытно.
Белыми буквами по голубой краске выделялась вывеска, которую Ховард видел ранее в статье, показанной ему изначально Эдом. Gay’s the Word, совсем рядом с Университетским Колледжем Лондона. На стенах казавшегося снаружи небольшим магазина висели уютные потертые полки, а за прилавком стояла престарелая женщина. Она улыбнулась им как своим сыновьям - мистер Беллами поздоровался и покачал головой, когда Доминик, позабыв про приличия, начал разглядывать литературу, которую в печатном виде никогда не видел.
Женщина тихо рассмеялась, явно подумав что-то не то, но мистер Беллами лишь вежливо улыбнулся, протискиваясь на более свободную территорию мимо другого мужчины, который, как приметил Доминик, окинул его задумчивым взглядом.
Ховард потянул преподавателя за рукав, сам не зная, куда ведёт их, но вдруг оказался в тупике между полукруга полок в дальнем уголке магазинчика, где и обнаружился целый стеллаж, посвящённый автобиографиям известных геев и лесбиянок.
– Здесь не хватает как минимум пары индивидов из Лобстера, – улыбнулся своей шутке Беллами, а Доминик заторможено захихикал.