Ли Цзэ, заметив, что Су Илань постоянно мерзнет, даже не в полнолуние, предложил заменить обычные покрывала в покоях Хуанфэй на меховые. Когда было холодно, люди заворачивались в звериные шкуры и разводили огонь пожарче. Конечно, развести огонь в покоях Хуанфэй не представлялось возможным, покои царской наложницы – это не крестьянская фанза, но меховые покрывала во дворце имелись и в большом количестве. Но Су Илань засмеялась и сказала, что ничего не получится.
– Мех может согреть только тех, в ком течет животная кровь.
– Какая? – переспросил Ли Цзэ.
– Теплая, – уточнила Су Илань. – Скажем, если ты замерз и завернулся в звериную шкуру, греет тебя не собственно звериный мех. Шкура всего лишь не позволяет теплу твоего собственного тела улетучиваться. Змеи холодные. Если не будет источника тепла, то не согреют и десять звериных шкур.
– Источник тепла? – повторил Ли Цзэ.
– Солнце, или огонь, или животное тепло. Поэтому змеи часто греются на нагретых солнцем камнях, – менторским тоном продолжала Су Илань.
– Или у кого-то за пазухой, – сказал Ли Цзэ.
– Или у кого-то за пазухой, – согласно кивнула Су Илань. – Но это скорее исключение, чем правило.
– Потому что змеи кусаются.
– Змеи – страшные трусы, – с некоторым презрением сказала Су Илань, – пугаются даже собственной тени, а лучшая защита – это нападение. Поэтому у змей такая репутация.
– И как же ты жила все это время? – спросил Ли Цзэ с сочувствием. – Если ты говоришь, что большую часть жизни пряталась от других демонов, то, выходит, погреться на солнце тебе доводилось редко.
– Мерзла, – поежилась Су Илань. – Это хоть и неприятно, но не смертельно. Иногда удавалось погреться на солнечных местах. Когда стала притворяться человеком, грелась у огня. Но всегда приходится держать ухо востро: зазеваешься – и какой-нибудь демон тебя сцапает. Демоны ведь охотятся не только за белыми змеями, но и за людьми тоже.
– Но раз в полнолуние тебе приходится превращаться в змею и искать змеиную орхидею, – задумчиво сказал Ли Цзэ. – Эти три дня для тебя наиболее опасны.
– В полнолуние кровь во мне совершенно остывает, а демоническая Ци слабеет и замедляет течение по духовным каналам. В таком состоянии я могу сохранять лишь змеиную форму: если остаться в человеческой, то не хватит сил, чтобы скрыть свое присутствие. Это очень неудобно, если живешь среди людей.
– Но если ты скрывала свое присутствие, как же красноглазая змея тебя почуяла? – спросил Ли Цзэ, подумав.
– Я была небрежна, – неохотно ответила Су Илань. – Красноглазая змея выползает лишь раз в полтысячи лет, но я неверно сосчитала годы. От других демонов незачем выстраивать такую сложную защиту – лишняя трата Ци.
– То есть… если ты захочешь, никто на свете не сможет тебя разыскать? – предположил Ли Цзэ.
– Я древний демон, мне такое под силу, – сказала Су Илань не без гордости, но тут же оговорилась: – Но пришлось бы потратить на это не одну сотню лет культивации, что меня только ослабило бы.
Ли Цзэ только покачал головой.
– К счастью, иногда встречаются глупые люди, которые согласны пригреть змею за пазухой и не думают о последствиях. – Су Илань усмехнулась тоном Мэйжун.
Ли Цзэ покраснел слегка:
– И много таких глупых людей ты встречала?
– Одного я вижу прямо сейчас. Почему ты безоговорочно веришь словам змеи? Я уже тысячу раз могла тебя убить всего лишь одними укусом.
– Хотела бы убить, не стала бы спасать, – рассудил Ли Цзэ. – И что плохого в том, чтобы кому-то верить? Все живые существа одинаковы по природе. Есть и хорошие, и плохие. Если всех изначально считать плохими, тогда и с хорошими разминешься.
– Удивляюсь, как ты еще жив с такими-то жизненными принципами…
– Сам себе удивляюсь.
– Вот потому люди и глупые, – назидательно сказала Су Илань.
Ли Цзэ не слишком довольно хмыкнул. Если бы спросили его, то и некоторые змеиные демоны тоже умом особо не отличаются. Быть может, у них с людьми гораздо больше общего, чем может показаться.
Су Илань чихнула и потерла нос пальцем. Ли Цзэ, после заминки, взял ее за плечо и придвинул к себе.
– Ты что делаешь? – удивилась Су Илань.
– Если сядешь ближе, то сможешь греться моим теплом, даже не забираясь ко мне за пазуху.
Хоть Су Илань и не слишком была довольна, что Ли Цзэ ее обнял, но тепло, исходящее от его тела, было приятно. Змеи впитывают тепло всем телом, поэтому даже соприкасающихся плеч хватило, чтобы Су Илань перестала дрожать.
Ли Цзэ сидел с непроницаемым лицом, рука его, обвившая плечо Су Илань, словно окаменела. Он сделал это под влиянием момента, «не думая о последствиях», но порыв схлынул, и Ли Цзэ теперь не знал, что делать дальше. Если он продолжит обнимать Су Илань, та может счесть это неприличным или совершенным с умыслом поступком. Но окаменевшая рука отказывалась двигаться, поэтому убрать ее с плеча Су Илань Ли Цзэ не мог.
– Покои Хуанфэй можно перестроить, – сказал Ли Цзэ, – чтобы разводить внутри огонь, тогда ты сможешь греться у него.
– Ты это серьезно? Очаг? В царском дворце? – фыркнула Су Илань, поворачивая к нему голову.
