– Как же! – воскликнул один из богов-юношей. – Тебе еще при жизни молиться начали, твой ранг был бы выше наших, даже если бы ты вознесся обычным богом войны. Редко кому молятся еще в смертном воплощении.
– Но… убивать кого-то сразу после вознесения…
– Обычное дело, – отмахнулся бог-мальчик, – после вознесения всегда кого-то убивают.
– Особенно если ранги совпадают, – добавил бог-старик и похихикал себе в бороду.
– Или ты, или тебя.
Ли Цзэ поймал себя на мысли, что ему уже не нравится быть богом.
«Я ведь даже не знаю, сохранилась ли у меня сила», – подумал он, задумчиво глядя на свирепого мужчину, который сжимал кулаки и потрясал ими, грозясь при этом, что в порошок Ли Цзэ сотрет.
– Он Чжаньшэнем стать не должен, – тихо сказал бог-мальчик, подойдя к Ли Цзэ и дотронувшись до его руки кончиками пальцев; Ли Цзэ при этом ощутил прилив сил. – Победа да осенит тебя. Я, видишь ли, бог войны и удачи в бою. Да тебе и так везет. Потрясающий уровень положительной кармы, никогда такого не видел. Ты, поди, в смертной жизни и ранен ни разу не был?
Ли Цзэ смутился, потому что боги войны с живым интересом на него уставились, и сказал:
– Отчего же? Был, и не раз… и даже смертельно… но не до смерти.
Этот ответ, кажется, расположил богов войны к нему еще больше. Боги-старики одобрительно закивали, а бог-мальчик сказал, что Ли Цзэ должен непременно поведать им историю своего смертного пути воина.
– Некому будет рассказывать, – рыкнул свирепый мужчина и грубо добавил: – Эй, Проводник, объявляй Небесный поединок!
Небесный чиновник поморщился, но сказал:
– Небесный поединок между Чжаньшэнем Ли Цзэ и богом войны и водяного смерча Шуй Мо, инициированный последним, считается объявленным и засвидетельствованным. Правила поединка установлены по умолчанию согласно Небесному Дао: выбор оружия за участниками, место поединка равно месту вызова, отсрочек не предусмотрено, поединок заканчивается смертью одного из противников. Шуй Мо, ваше оружие?
Свирепый мужчина продемонстрировал огромный палаш и оскалил зубы в улыбке.
– Ли Цзэ, ваше оружие? – спросил небесный чиновник.
Ли Цзэ ответил не сразу. Он ничего не знал о своем новом мече, но был уверен в своих кулаках, поэтому вытянул руки и показал их остальным:
– Моя сила.
Странно, что такой выбор никого не смутил.
Закончилось все, едва успев начаться. Когда Шуй Мо понесся на Ли Цзэ, размахивая палашом, тот блокировал удар, подставив локоть и надеясь на крепость доспехов, а потом двинул кулак вверх, целя свирепому богу в челюсть. Ли Цзэ, когда был смертным, не дрался в полную силу даже с врагами, но теперь счел, что раз сражается с богом, то можно: вряд ли бога можно свалить таким ударом. Но сил у него, видно, прибавилось, или поединки между богами ничем не отличались от земных сражений. Оторванная глава описала полукруг в воздухе, струя крови – второй полукруг на земле, а тело грохнулось оземь.
– С одного удара, – с некоторой завистью пробормотал бог-мальчик. – А ведь нам бы всем вместе пришлось с ним провозиться не меньше часа.
Остальные боги одобрительно загудели, а небесный чиновник сделал себе пометку, что богов войны теперь восемь и придется разыскивать на одного кандидата больше.
У Ли Цзэ на душе остался неприятный осадок после этого происшествия. Но другие боги войны и небесные солдаты – слухи на Небесах разносились быстро – только исполнились к нему почтения и стали хвастаться перед обычными небожителями невероятной силой нового Чжаньшэня. Это не могло не разжечь любопытство, и в последующие дни Ли Цзэ перезнакомился с целой толпой небожителей и небожительниц, жаждущих узреть такого доблестного героя, что отрывает головы богам с первой же попытки. Ли Цзэ подумал, что история эта скоро обрастет домыслами и слухами, как история с Вантаем, валуном, превратившимся в гору. Репутации его это пошло только на пользу.
В сущности, Ли Цзэ никогда не обучался военному делу профессионально. Когда он был мальчиком, Цзао-гэ, Янь Гун и остальные разбойники учили его тому, что знали сами. Став юношей, он почерпнул знания из книг и огранил их в сражениях. Но его нечеловеческая сила не была ему подспорьем в этом, а наоборот – мешала. Большинство выученных приемов он попросту не успевал применить: враги «заканчивались» быстро, с одного-двух ударов. Теперь же Ли Цзэ мог учиться и тренироваться без оглядки на силу: небожители были гораздо сильнее людей.
Правда, первым же делом пришлось выучиться рассчитывать процент применения силы, чтобы никого не убить и не покалечить в тренировочных боях. Более-менее стоящими были тренировки с богами войны, но желанием участвовать в спарринге с Ли Цзэ боги не горели: приходилось долго их уговаривать, и они непременно начинали тянуть жребий, когда понимали, что отговориться не удастся.
В распоряжении Ли Цзэ оказались военные трактаты величайших деятелей трех миров. Небесный чиновник помогал Ли Цзэ в них разобраться, если тот чего-то не понимал, и отвечал на любые вопросы без запинки, даже если оные касались других сфер.
