Недопесок поставил передние лапы на край кровати, где были разложены одеяния, полюбовался ими и скрипуче, по-лисьи хихикнул. Он очень дельно объяснил, когда его спросили, почему лисы, а не птицы.
– Действительно, – согласилась Ху Сюань, – поскольку это лисья «свадьба», то должны быть лисы. Как хорошо, Сяоху, что ты об этом подумал.
Недопесок энергично завилял хвостом и принялся осматриваться.
Личные покои императора уже убрали, повсюду был алый шелк и золото. С потолка свисали красные ленты, завязанные узлами в виде цветов. Ширмы у дверей были расставлены согласно триграммам Небесного Дао и отдаленно напоминали лабиринт. Недопесок тут же пробежался между ними: лисы любят запутанные тропки.
– Для чего так? – удивилась Ху Сюань.
– Нужно пройти между ними, чтобы следом не увязались злые духи и не испортили карму, – объяснил Ху Фэйцинь и пренебрежительно фыркнул: – Суеверия!
Он неодобрительно покачал головой и рассказал Ху Сюань, что пришлось отобрать у музыкантов трещотки и медные тарелки: какофония для лисьего слуха невыносима, но именно так полагается на праздниках, чтобы отогнать демонов.
– Демонов! – сказал Ху Фэйцинь. – Представляешь, Сюань-цзе? Отогнать демонов, когда это церемония демонов!
Ху Сюань засмеялась.
Недопесок, послушав, тоже пожаловался: бог дождя отказался устраивать дождь во время шествия. Как Недопесок на него ни скрипел, как ни тявкал – все впустую. Бог дождя сказал, что дождь на свадьбе – дурное предзнаменование.
Недопесок сокрушенно обхватил голову лапами:
– А я ведь так хотел дождичка! Хотя бы малюсенького!
– Зачем? – удивилась Ху Сюань.
– В мире смертных есть поверье, – сказал Ху Фэйцинь, с улыбкой утешая Недопеска – погладил его по голове, – когда лисы устраивают свадьбу, непременно идет дождь в солнечный день. Дословно не помню, что-то вроде: «если в солнечный день дождь идет, лисий жених невесту в нору ведет».
– Вообще-то, – задумчиво сказала Ху Сюань, – дождь и вправду не к месту. Что хорошего в том, чтобы хвост промок? – И она неодобрительно покачала головой, вдруг припомнив, как стояла под проливным дождем, дожидаясь, что кто-нибудь из лисьих знахарей обратит на нее внимание и заберет с собой.
– Можешь взять лейку и побрызгать водой на дорогу, – разрешил Ху Фэйцинь Недопеску.
Недопесок сначала сказал, что это не то, а потом его глаза вдруг разгорелись.
– Устроитель дождя, – сказал он, леденея от восторга. Он только что придумал себе еще один ранг!
– Только не переусердствуй! Не хватало еще поскользнуться и растянуться у всех на глазах!
Ху Сюань поглядела на Ху Фэйциня и спросила:
– Волнуешься?
– Хм… пожалуй, – подумав, ответил Ху Фэйцинь. – Немного боязно, что напортачу. В торжествах такого масштаба мне еще участвовать не приходилось. А все внимание будет направлено на меня, я же Небесный император. Не хотелось бы стать посмешищем. А если я себе на край одеяния наступлю и полечу кувырком по лестнице?
– Лисоворот, – с уважением протянул Недопесок, и глаза его опять разгорелись.
– Тогда, боюсь, все лисы возьмутся тебе подражать, – заметила Ху Сюань. – Один уж точно.
Ху Фэйцинь посмотрел на морду Сяоху, сияющую и растянутую в лисьей ухмылке так, что в рот поместилась бы прилично отъевшаяся курица, и повторил:
– Один уж точно.
Обе процессии должны были выдвинуться одновременно, но та, что со стороны демонов, несколько замешкалась: два лиса передрались из-за фонаря. Вообще-то все фонари были одинаковые, но обоим лисам примстилось, что тот, за который они устроили драку, лучше остальных. Недопесок, сновавший в духовной сфере туда-сюда между процессиями, быстро навел порядок – укусил одного лиса за лапу, а другого – за хвост, – и процессия тронулась.
Небесная процессия двигалась медленнее: Ху Фэйцинь, лицо которого закрывала алая кружевная вуаль, ступал очень осторожно, чтобы не споткнуться, да к тому же приходилось подстраивать шаг, чтобы лисы, которые несли край его парадного плаща-шлейфа, не устроили ненароком лисоворот, заспешив, чтобы плащ не натягивался.
Ху Вэю идти было легче: он шел с непокрытой головой, только повязал нижнюю половину лица полупрозрачным платком. Вообще-то делать это было необязательно, просто Ху Вэй не хотел, чтобы на него лишний раз пялились.
Трехцветный рис перед процессией разбрасывали разбрасыватели риса, а нанятые Недопеском собиратели риса его собирали, ступая позади процессии. У них были большие плетеные корзины за спинами, и Недопесок велел, чтобы рис собрали до последнего зернышка. Разумеется, кроме тех рисинок, что угодили между ступенями и падали, как оказалось, в мир смертных. Дождь из риса приятно порадовал местных, и о событии этом впоследствии даже было упомянуто в «Книге чудес Срединных равнин».
