Уже сев в трамвай, вижу пропущенный звонок в телефоне. Не услышала его за музыкой в парке. Да и не ответила бы. Стискиваю ладони, унимая дрожь в пальцах, и решительно стираю номер Дамира Булатова из памяти мобильного. Сегодня его брат окончательно положит конец нашей нелепой помолвке, а больше меня с этой семьёй ничего не связывает.
Дуремар возвращается минут через двадцать. За это время я успеваю прочитать с телефона рабочую почту и созвониться с Дамиром. Вчера тот категорично заявил, что я как честный человек должен кое-что сделать для Эльвиры Багримовой. Нет, не жениться на ней, выполняя дурацкое обещание, данное нашими отцами. Всего лишь взять на себя ответственность за разрыв помолвки.
Я согласился. Всё равно ведь планировал поговорить с её отцом. Я действительно некрасиво поступил с этой девушкой. Она-то в самом деле ни в чём не виновата. Её просто подвинули как пешку, сделав невестой по договору, и она до поры до времени не противилась – хороший вопрос, почему.
– Думаю, Элли боится за сестру, – хмуро сказал Дамир, когда я заговорил об этом. – Мамаша у них, похоже, не из тех, что защищает детей от их отца. И откуда только такие уроды берутся?
– Элли? – хмыкнул я. Прозвучало скорее как нежное прозвище, нежели просто сокращение имени. – Ты её так называешь?
– Ну… – смешался брат, и я уставился на него с удивлением.
– Так между вами что-то происходит? А я ничего не замечал… И когда же это началось?
– Ничего такого, – буркнул он. – Просто Элли… Эльвира не такая, как другие. Она нежная, ранимая, очень непосредственная, но при этом у неё есть гордость. Вернула же всё-таки это кольцо. Даже отцовского гнева не побоялась.
– Хочешь сказать, ты просто её жалеешь?
На этот вопрос брат не ответил, а я не стал настаивать. Разберутся сами. Большие уже.
Однако сегодня в телефонном разговоре Дамир вдруг заявляет:
– Я поеду с тобой к Багримову.
– С чего бы? Хочешь поработать моим телохранителем? Думаешь, он и на меня с кулаками набросится?
– Хочу увидеть Эльвиру. А если он на тебя набросится, я поставлю на тебя. И с удовольствием присоединюсь.
– Хотелось бы всё-таки обойтись без мордобоя. Я, знаешь ли, предпочитаю решать вопросы по-другому. Словами через рот.
– Иногда без кулаков не обойтись, – философски замечает младший брат. – Мы с Элли сегодня были в парке. Ещё и погулять толком не успели, а она куда-то подевалась и на звонки не отвечает. Но домой вернулась, это точно. Я позвонил на домашний, и мне ответила её мать.
– Дочь к телефону не позвала?
– Сказала, что Эльвира спит.
– Так с чего она от тебя сбежала-то? – спрашиваю я. – Где-нибудь накосячил? Сказал что-то не то?
– Да ничего я ей не говорил! Если только… Вот блин, ёлки-палки!
– Что?
– Да я хотел купить нам кофе, а по дороге наткнулся на Ирку.
– На ту, которая за тобой с первого курса универа бегает?
– Ну да. Кое-как отделался от этой липучки. Если Элли увидела нас вместе, могла не так понять…
– Собираешься объясниться?
– Угу. Так что вечером я с тобой. Буду объясняться лицом к лицу, пока ты станешь говоришь с Багримовым.
Пока я пытаюсь представить Дамира и Эльвиру вместе, а заодно реакцию отца на то, что дочь его друга, похоже, предпочла младшего сына, в кабинете вновь появляется директор медицинского центра.
– Ну как, что вы можете мне сказать? – интересуюсь я.
– Спасибо за ожидание, Арслан Тахирович. Я… эээээ… отыскал интересующие вас сведения. И для начала хочу перед вами извиниться.
– За что конкретно? – наклоняюсь к нему.
– Произошла ошибка. Всякое бывает, знаете. Сейчас уже не определишь, программная она или человеческий фактор.
– Ошибка, значит?
– Да, – кивает он и как-то съёживается под моим взглядом. – У нас тогда проходила обследование ещё одна беременная с похожей фамилией. Ваша невеста Туманова, а та была Туманцева. Вот с её кровью вашу ДНК в лаборатории и сравнивали. Перепутали, да…
– И почему вы не оповестили меня об этом сразу же, а прислали фальшивые результаты?
– Так мы не сразу это обнаружили! Прошло время… Вам звонили и не дозвонились, в офисе сказали, что вас нет, и тогда…
– Что тогда?
– Мы позвонили по домашнему телефону вашего отца, и его жена… ваша мать…
– Мачеха.
– Она сказала, что вы уехали… далеко. И что информация, касающаяся вашей невесты, уже не актуальна. Что нам было ещё делать?
Шайтан их всех раздери! Сжимаю кулаки, борясь с желанием с силой садануть ими об стену. Причём Сюзанна ведь даже не соврала – я в самом деле тогда уехал. И дозвониться до меня было невозможно. Сам так захотел.
Я подозревал отца. Сомневался в словах Далии, которая заявила, что не имела отношения к тем анализам. А всё объяснялось, чёрт возьми, куда проще!
Мой сын пять лет рос вдали от меня из-за чьей-то проклятущей ошибки!
– Вы за это ответите, – говорю я, поднимаясь с места. – Чтоб неповадно было впредь так ошибаться. Ясно?
– Но… Арслан Тахирович! Не будьте так строги! Ведь такое и в другом месте могло бы случиться…
– Вот в другом месте и будете объясняться, – отмахиваюсь от всех его оправданий я, шагая к двери. Хочется скорее очутиться на свежем воздухе. И позвонить Ясе.
