— Только в этом году построили. Особенно красиво наблюдать отсюда за затмениями. Видишь? — он показал вверх. На темном небе красовались две полные луны и семь тоненьких месяцев. — Скоро начнется.
Они сели в два соседних кресла и принялись ждать. Бертлисс вдруг почувствовала, как Каин вновь берет ее за руку, и, не справившись с собой, осторожно освободила ладонь. Стало ужасно неловко. Почему именно сейчас, когда они остались наедине, это безобидное прикосновение показалось чем-то неправильным?
— Извини. Не хотел тебя обидеть, — признался Каин, нахмурившись.
— Ты меня не обидел! — попыталась заверить его девушка. — Просто… Я не могу. Прости.
Господи, какая же она дура!
Лорииэндовка так разозлилась на саму себя, что даже почувствовала, как в горле встает тугой ком. Захотелось встать и уйти поскорее, лишь бы не видеть расстроенного альфарийца. И представлять на его месте другого.
— Тебе кто-то нравится, да? — разрывая напряженную тишину, спросил Каин. — Я помню того парня, с которым ты танцевала на Балу. Кажется, он тебе не безразличен.
— Ты ошибаешься. Еще как безразличен.
Бертлисс обхватила себя руками за плечи, стараясь не смотреть на него, но отчетливо ощущая, что альфариец не отводит от нее взгляда.
— Что-то случилось?.. Ты можешь рассказать мне.
Ей очень, очень не хотелось заново вспоминать все это… Но слова сами полились наружу.
— А потом он говорит мне, что не делал этого!
Бертлисс даже не поняла, когда успела заплакать, но Каина почему-то совсем не отпугивали ее слезы. Напротив, он внимательно вглядывался в девичье лицо и хмурился, заботливо поглаживая по плечу.
Замечательно! Парень позвал ее на вечеринку, а она сидит тут и захлебывается слезами!
— А сама ты что думаешь?
— Я не знаю, — искренне выдохнула девушка, стирая влажные дорожки со щек. — Я хочу ему поверить, но боюсь снова оступиться. Если я вновь переживу такое предательство, то вряд ли смогу кому-либо доверять в будущем…
— Я видел, как он смотрел на тебя, — вдруг сказал Каин. — Так смотрят не на ту, кого хотят разыграть. Мне кажется, он говорит правду.
Бертлисс шмыгнула носом и спросила:
— Зачем ты это говоришь? Я думала, что нравлюсь тебе.
От такого заявления Каин удивленно вскинул брови и весело засмеялся.
— Ты и так нравишься мне, Бертлисс! С чего ты взяла, что это неправда?
Лорииэндовка неопределенно повела плечами, почувствовав себя очень глупо.
— Ну, ты должен был говорить мне, что Корвин точно предал меня, что он мерзавец и козел. А вместо этого ты пытаешься доказать мне обратное, будто не хочешь, чтобы… — она замялась.
— Чтобы мы были вместе? — помог альфариец.
— Ну, да…
Он тепло улыбнулся и погладил ее по щеке.
— Я очень этого хочу. Но пусть лучше мы будем вместе, когда в твоих мыслях не будет никаких Корвинов. Это мешает, знаешь ли.
Бертлисс неловко улыбнулась и заправила за ухо прядь волос.
— Ты очень хороший, Каин.
— Я знаю, — лениво отозвался он. — Но мне кажется, что ты хочешь уже со мной попрощаться.
Девушка поджала губы и, кивнув, сказала:
— Спасибо за этот вечер. Ты, правда, сделал для меня очень многое, но сейчас…
— Подожди, — альфариец мягко коснулся указательным пальцем ее губ, а потом перевел его наверх. Семь месяцев медленно окрашивались в черный. — Уже началось…
— Ее там нет.
Корвин обернулся. Аринда, светловолосая подруга мышки, стояла и смотрела на него, скрестив на груди руки. И как она сумела так бесшумно подкрасться?
— А где она? — спросил арвиндражевец, разворачиваясь к лорииэндовке всем корпусом.
Если честно, он не знал, зачем пришел сюда. Просто делал обход и вдруг оказался у двери с неказистым номером триста тринадцать, а потом не смог пройти мимо. Корвин был почти уверен, что Бертлисс все поняла и простила его — осталось лишь подтолкнуть ее к правильному решению.
— Не знаю, — тем временем ответила блондинка, демонстративно прикладывая ключ-карту к панели.
— Ты знаешь, — не поверил ей арвиндражевец, нахмурившись. — Нам с ней нужно поговорить. Желательно, как можно скорее.
Девчонка молчала.
— Аринда, пожалуйста, ответь. Это очень важно.
Непонятное волнение холодом скопилось в животе. Наконец, она вздохнула и обернулась.
— Берта в Альфаре на вечеринке в честь начала каникул. И, мне кажется, ей с тобой не о чем говорить.
Сказав это, Аринда быстро открыла дверь и зашла внутрь.
Коридор затопила густая тишина.
Немного постояв на месте, Корвин развернулся и пошел вперед. Пальцы, подрагивающие от бессильной злобы, медленно сжались в кулаки.
Бертлисс настояла на том, чтобы вернуться в Арвиндраж одной. Попрощавшись с Каином как со старым и очень близким другом, она прошла через два портала и оказалась в знакомом уже цветочном горшке. А потом, совсем того не ожидая, вдруг услышала чей-то голос. Сердце кольнул испуг. Спрятавшись за высокими бортиками, Бертлисс судорожно пыталась придумать, что делать дальше.
