- Позволь, воевода, рассказать тебе одну историю, - Акун сделал хороший глоток меда, собрался с мыслями. – Двести пятьдесят лет назад в моей стране правил император Рингмай. Он был очень храбрым и воинственным правителем. Рингмай покорил все окрестные земли и за пятнадцать лет не потерпел в бою ни единого поражения. Однако была у него тайная печаль; Триада дала ему только одного сына, и единственный сын Рингмая, принц Шарна, ничем не походил на своего доблестного отца. Принц любил книги, прогулки в саду, часами вел беседы с философами и учеными, презирал воинские забавы и не мог даже курицу для похлебки зарезать, не то, что убить человека. Правитель очень страдал от того, что у него такой мягкотелый сын и потому, чувствуя приближение конца, решил изменить порядок наследования и передать престол Милдории своему племяннику Чоукару, прославленному охотнику и воину. Правитель рассудил верно – кто, как не воин, сможет дать соседям достойный отпор, если они захотят напасть на нашу страну? Пришло время, и правитель Рингмай умер, и его племянник Чоукар согласно воле усопшего стал правителем Милдории. Вскоре после коронации он начал войну с дикими племенами на севере и неожиданно потерпел от них поражение. Узнав о разгроме прежде непобедимых войск Милдории, соседи решили, что пришло время избавиться от господства милдов. Они собрали несметные полчища и напали на мою страну. Как же повел себя новый правитель, храбрый и жестокий воин? Он с горсткой лизоблюдов и с большей частью государственной казны тайно бежал из страны, бросив ее на разграбление и поругание захватчикам. И тогда старейшины всех кланов пришли к Шарне, опальному принцу- философу, который к тому времени жил отшельником в горах, наслаждаясь чтением книг, красотой природы и покоем. Старейшины просили принца принять престол и возглавить борьбу с иноземцами. И принц согласился. Он сменил книги на меч и за пять лет войны разгромил вражеские орды и освободил нашу страну.
- Хорошая история, поучительная, - сказал Радим.- Вижу я, что в тебе не ошибся. Именно такой человек мне и нужен сейчас.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Хочу предложить тебе стать моим десницей. Такой воин, как ты, сможет хорошо обучить моих бойцов.
- Я? – Акун покачал головой. – Правильно ли я понял тебя, воевода, что ты предлагаешь мне у тебя служить?
- Да, я предлагаю тебе службу. Назови свою цену.
- Позволь напомнить тебе, воевода, что мы сюда прибыли по своему делу. Прежде всего нам надо разыскать брата Руменики.
- Ты отказываешься?
- Я прошу немного времени подумать.
- Времени нет. Монголы со дня на день будут у стен Торжка.
- Ты не оставляешь нам выбора.
В словах старого милда был тайный смысл, который не укрылся от Радима. Новоторжский воевода не мог не понимать, что Акун вряд ли согласится служить у него за деньги. Для таких людей, как этот пожилой воин, деньги мало что значат. Но у Радима был свой план, как получить согласие Акуна.
- Даю слово, что я помогу вам в поисках мальчика, - пообещал он.
- Он сейчас готов обещать все, что угодно, лишь бы заполучить тебя своим советником, - сказала по-лаэдански Руменика. – Нам нужно поскорее выбираться из этого мерзкого города.
- Что говорит твоя дочь? – с подозрением спросил Радим.
- Она говорит то же самое, что и я. Нам надо подумать.
- Сколько тебе нужно времени?
- Попробуем рассудить по-другому, воевода, - ответил Акун. – Ты только что говорил о том, что в одной из ближних к Торжку деревень появился вооруженный чужак. Тебя беспокоит судьба воинов, которые поехали в это село и не вернулись. Вот мое предложение; мы с Руми поедем в Чудов Бор, чтобы проверить, не тот ли это человек, который нам нужен. Если это враг, я убью его, если друг – мы привезем его сюда. Обещаю, что в любом случае я вернусь к тебе, и мы продолжим наш разговор о моей службе и моем жаловании.
- Вы собрались ехать вдвоем?
- Нам никто не нужен. Мы же доехали до этого города!
- Правильно, - Радим ухватил рукой подбородок, исподлобья глянул на пожилого воина.- Если поклянешься, что вернешься обратно, я тебя отпущу. Но девушка останется в городе под моей защитой.
- Никак не получится, воевода. Есть вещи, которые превыше тебя и меня. Руми должна ехать со мной. Только она может узнать ребенка, ради которого мы прибыли в эту землю. А у меня есть предположение, что ребенок этот может быть в Чудовом Бору.
- Я не согласен! Покидать Торжок слишком опасно.
- Я смогу защитить мою дочь.
- Один? Нет, старик, даже все твое искусство не спасет тебя при встрече с сотней монголов. Ты поедешь один – вот мое последнее слово!
- Тогда я отказываюсь тебе служить, и это мое последнее слово!
Радим даже задохнулся от гнева, лицо его побелело, стало страшным. Руменика вцепилась в локоть Акуна, не сводя глаз с воеводы. Однако Радим сумел взять себя в руки. За минувшие два дня он слишком хорошо изучил натуру Акуну, чтобы сомневаться в его слове.
- Я дам вам охрану, - предложил он.
- Не стоит. Я же сказал – мы справимся вдвоем.
- Ты не знаешь дороги.
- Найду как-нибудь. У нас говорят: «Красноречивый язык до рая доведет».
