— И все — хищник взял след, вышел на охоту. Не каждый день красивая девочка щелкает его по носу, выскальзывая из рук. Мое! Любые условия! Он точно не хотел, чтобы с тобой так нехорошо все случилось, я ему мозги на место вправил, искренне хочет помочь, особенно, когда я кратенько о тебе рассказал. Не кривись, всего пару-тройку фраз, чтобы больше ничего лишнего на твой счет не позволял.
— Из-за чего от фотографа ушла предыдущая девушка? Придирался, обидел, приставал? Почему ты думаешь, что ко мне не станет подкатывать, может он из этих, из ловеласов-сластолюбцев? Насмотрелась на таких, больше в жизни не хочу рядом видеть с их похотливыми слюнями!
— Подозрительная моя, племянница его замуж недавно вышла, забеременела. Работала моделью, пока живот не стал заметен. Вот новую девочку ищет. Считает, что профи отравлены стандартами. Работать с ними — замучаешься переучивать и выбивать шаблоны. Сам подбирает, не на одну фотосъемку, а на долгое время. До этого еще с одной работал три года и тоже замуж девочка выпорхнула. Я справки о нем навел, все нормально отзываются. Завтра сама посмотришь, не понравится — заставлять не буду, решать только тебе. Но использовать шанс попробуй. Макаров не каждую возьмет, повторяю, у него свои критерии отбора, не удивлюсь, если и тебя с порога забракует. Тогда и думать будем, чем дальше займешься.
Мы познакомились на следующий день в студии Макарова, куда Макс привел меня спозаранку. Фотограф не мог не понравиться. Даже таким нелюдимым по жизни и обстоятельствам, как я, которая до сих пор помнила свои детские привычки прятаться ото всех незнакомцев. Но не в этот раз. Слишком живой, непосредственный, увлеченный человек, притягивал к себе магнитом, заставляя следить за действиями, подчиняться, втягиваться в команду единым порывом. Как ему это удается?
Увидев в дверях рядом с Максом, он, не обращая никакого внимания на мой возмущенный вскрик, довел, а вернее, дотолкал, до высокого стула у ярко освещенной стены:
— Давай, садись сюда, лапочка! Да, именно так! Где Наташа, куда ее унесло? Найдите немедленно, и пусть пулей летит сюда! Нет, вы только подумайте, какой сюрприз для этой девчонки!
Я неловко застыла на неудобном стуле, не зная, куда девать руки и ноги. Пытаясь успеть за событиями, в которые так быстро была вовлечена по желанию человека, кружившего вокруг, смешно наклоняя голову то вправо, то влево, нелепо приседая и тут же вновь вскакивая, тихо бормоча при этом непонятные фразы:
— Вот так, именно… И никак иначе. А здесь немного притенить… и все внимание на фигуру, оставив лицо в тени… Высветлить фон… цвета морской волны…, длинное…, летящее от бриза и движения, нежное, невесомое. Да, воздушный шифон на фоне серой скалы. И что-то древнее, массивное… для контраста. Точно, песочного цвета глиняная амфора… Где-то я видел такую… И на длинной выдержке, чтобы все слилось практически воедино, тем самым показывая атмосферу праздника, его общую подготовку и яркое красочное настроение. И несколько крупных планов… Да, должно получиться! Эй, где вы все, звоните Никешину, я согласен на его проект, у меня просто блестящая идея. И готовьте малышку на съемку с рекламным бэкстейджем с Тенерифе! Надо же, как удачно! Мы будем творить историю! И я буду не я, если в этом фотопроекте не взорвем бомбу, равнодушных не останется, слишком долго шел к нему. Покажем серией то, что обычно никогда не видит обыватель — изнутри, всю изнанку закулисья, «за сценой», «за кадром», как и хотел заказчик. Интрига с самого начала, привлечение бешеного внимания к тому, что происходит, напряжение от начала до конца. Наложение ритмики на слайдовый показ и темп, темп! Вот она, наша героиня!
— Стоп, стоп! — Макс выступил вперед, вскидывая в защитном жесте руки, тем самым привлекая внимание к себе. — Не так быстро, Николай Борисович!
— Чего тебе, Макс? Ой прости, — Николай Борисович порывисто повернулся к подходящему Максу, а потом опять ко мне. — Это ты привел ко мне малышку? Просто чудо какое-то светлое! Хороша девочка. Кто, откуда, сколько лет, где работала, с кем? Опыт работы какой? Ее родители в курсе? Надеюсь, она совершеннолетняя? А загранпаспорт у нее есть?
Макс засмеялся, не торопясь отвечать на все вопросы фотографа, хитро подмигивая на мой недоуменный взгляд:
— Что, понравилась? Хороша? Эту девочку никому не обижать. Она мне очень дорога, просто, как сестра, и если бы не сложившиеся обстоятельства, никогда бы никому не доверил. Только зная твою порядочность — и привел. Ее зовут Лиза и она совершеннолетняя. Ты не смотри, что она молчит, девочка очень независимая и свободолюбивая. Только вчера меня тапком отхлестала, отстаивая свое мнение. Так что, особо не заблуждайся на ее счет.
Я вспыхнула и вскочила со стула:
— Макс, зачем ты так при посторонних?
— А чтобы настроилась на деловой лад, сейчас мы будем условия твоего сотрудничества обговаривать, а это важно! Так ведь, Николай Борисович?
— Да, да, конечно, Наташа, вот ты где, смотри на нее! Кто мне пытался доказать, что невозможно такой тон подобрать? А? Видишь, как кожа сияет?
