- Гарри прислал одного человека, но не срослось. Все еще в поисках, - аккуратно обошла она эту тему и добавила: - Эгоистично прозвучит, но мне жаль, что ты уехала.
- Благодарю за доверие, - кивнула я, понимая, что этот разговор был неслучайным.
- Перед отъездом я планирую вечеринку. Приглашаю вас с Беатрис, - улыбнулась она прежде, чем попрощаться.
Уже ночью я лежала в постели и, несмотря на успокоительное от Авроры, никак не могла уснуть.
Мне было не до сна - я готовилась к страшному испытанию, у меня леденели руки от волнения, стыла душа от неизбежности, а в мыслях пунктиром звучали слова Кэтрин “Жаль, что ты уехала”, голос Беатрис “Планирует открывать новый офис в Нью-Йорке”. Потом память возвращала меня чуть раньше, в лифт медцентра, где я столкнулась с Эльзой, и уже другой голос говорил “Как у Макса дела? Встречается с кем-нибудь, или один?” Я была уверена, что Макс был один, иначе Эльза сразу бы ответила, что ее сын встретил девушку. Но она молчала, ожидая, пока я выйду из лифта, и ее взгляд, брошенный мне вслед, был тревожен, будто она боялась повторения.
Я понимала, что Высшие Силы мне хотели сказать - они показывали пути, если я все же решу пойти своей дорогой, предоставляли мне Выбор.
Я закрывала глаза и видела себя в Мадриде. Рядом стоял Алехандро с Исабель, и они оба держали меня за руку. Партнерство.
Потом картинка сменялась - и вот я уже в Лондоне рядом с Максом. Я вижу его улыбку и коробку с кольцом. Замужество.
Был еще один путь - я в Нью-йорке работаю в офисе у Джеральда Каннигана и занимаюсь арт-туризмом. Карьера.
Но сейчас я отчетливо понимала, что не желала этих путей. Нет, я их не боялась, и не страшилась неизвестности будущего, я лишь знала, знала наверняка, что всё это не моё, там не было любви, и на этих дорогах я не найду своего счастья. Того, которое я испытывала только рядом с Ричардом Барреттом, соприкасаясь с его тяжелым непростым миром, потому что чем темнее был этот Мир и его Космос, тем ярче светила моя любовь. В этом было мое Предназначение.
Я уже сделала свой выбор, когда вернулась к нему после аварии. Одно было невыносимо, нестерпимо больно - Ребенок от любимого мужчины, которого так хотелось уберечь.
Противоречие, которое в очередной раз так ярко доказывало неидеальность моего Мира.
Я тяжело вздохнула и, встав с постели, пошла в гардеробную. Натянув на себя вязаный теплый кардиган, я взяла мамин крестик, лежавший в шкатулке, и вышла из спальни. Пентхаус был погружен в тишину, но я понимала, что все просматривается видеокамерами и моя охрана не дремлет. Впрочем, мне было все равно. Поплотнее закутавшись, я вышла в коридор и, минуя лифт, поднялась на крышу.
Я любила это просторное место - здесь я могла наблюдать за звездами, здесь мои мысли летели свободно ввысь, а не бились о потолок и стены, словно в клетке.
Накрапывал дождь, волосы трепал прохладный ветер, звезд не было видно, но меня это не останавливало.
Я проследовала мимо кожаной мебели и джакузи, накрытых чехлами, и подошла к краю, где за высоким стеклянным ограждением распростерся ночной город, который продолжал жить своей жизнью. Что меня ждало в будущем? Накажут ли меня Высшие Силы за любовь к Дьяволу? За это противоречие? Или заберут мою любовь? Я не знала ответы на эти вопросы, а небо молчало и лишь беззвучно омывало меня водой.
Опустившись на колени, я подняла голову вверх и сжала что есть мочи мамин крестик. Подставив лицо дождю, я начала тихую молитву и, чувствуя на щеках прохладные капли, просила у Мамы и у Высших Сил… нет, не прощения за мой грех, а участия.
