До этой истории у Вэньсю было совсем мало воспоминаний о Бабе. Некоторые отрывочные сведения она почерпнула из чужих разговоров, и всё это были рассказы о тамошних тяготах – бедности да отсталости. Дедушкина же история разожгла в ней интерес к месту собственного рождения, и она стала чаще задумываться о своей малой родине.
А ведь дедушка у нас сам почти что пони! Такая мысль пришла к Вэньсю, когда она выслушала рассказ старика. Почтенный милый дедушка тихо трудится не покладая рук. Каждые выходные он приносит с гор много-много фруктов – столько, что Вэньсю с братом и сестрой требуется добрых несколько дней, чтобы их съесть. Как и пони, после переезда их большой семьи дедушка постепенно адаптировался к новым условиям, постепенно менялся…
Опять настал понедельник, и Вэньсю с вещами за спиной вышла из дома и села в автобус, идущий до тяньянской школы. Разлука предстояла недолгая, но почему-то Вэньсю заплакала. Дедушка состарился, бабушка тоже, но ради этой семьи они держались изо всех сил и работали без продыху, словно пони.
Вэньсю дала себе обещание, что пусть она будет хоть трижды по уши в учёбе, раз в неделю ей обязательно нужно ездить домой, чтобы побыть со стариками – обнять бабушку и послушать дедушкины рассказы о старых временах, о дашишаньской волости Бабе. Она верила, что у дедушки осталось ещё очень много историй, которые он ей не поведал. Историй, какие Вэньсю не расскажут на уроках в школе, но она-то как раз их хочет послушать больше всего на свете.
Да, жизнь у старшего школьника занятая – в мгновение ока пролетело целых два месяца с тех пор, как Вэньсю пошла в старшие классы.
Начало холодать. Листья на ещё вчера зелёных деревьях постепенно желтели.
В тот день под вечер резко упала температура. Сидевшей в классе Вэньсю стало зябко. Порывы ветра устремлялись в окно и проникали за шиворот, точно струи студёной воды, леденя тело. После урока Вэньсю побежала в общежитие и надела ветровку.
Тогда девушка ещё не знала, что, когда она бежала к себе в комнату, тот же самый порыв ветра унёс любимого и близкого ей человека. Во время ужина Сюэр услышала оклик мужчины из будки охраны, который сказал, что её ожидает отец.
– Сюэр, дедушка умер… – выдохнул Хуан Чжунцзе, когда дочь подбежала к нему.
Смерть дедушки оказалась какой-то нелепой. Дело было так – одна из коров отелилась, и радости старика не было предела. Он побежал в коровник и хотел взять телёнка на руки, но корова, движимая материнским инстинктом, крепко лягнула его, и удар пришёлся прямо в грудь. Старик упал, у нему бросились на помощь, повезли в больницу, но сделать уже ничего было нельзя.
Когда Вэньсю, зайдя в дом, увидела тихо лежащего, теперь уже навсегда неподвижного деда, она, никогда прежде не переживавшая смерть близкого человека, поначалу оторопела. Но умер – значит умер, уже не вернётся. Бабушка сказала: не надо плакать, дедушка ушёл с покоем в душе, все люди покинут этот мир, только кто-то раньше, а кто-то позже.
– Не плачь, твоему дедушке было уже восемьдесят пять лет – считай, хорошо пожил, – проговорила бабушка и обняла внучку за плечи. Лицо старушки было на удивление безмятежным, она поглаживала Сюэр по волосам и утешала её самыми добрыми словами.
Похороны прошли так, как хотела бабушка. Тело деда лежало дома два дня и две ночи; бабушка, помня, как старик любил горные песни и душой был привязан к своим землякам из Бабе, попросила тамошних его близких побыть с ним в траурной комнате и проводить усопшего песнопениями.
Среди пришедших проводить деда в последний путь были не только родственники. Услышав печальную весть, люди из Бабе садились на автобус и за полдня добирались в пригород Тяньяна. Сидя рядом с дедушкой, они вспоминали о былом и прощались со старым другом. Один старик восьмидесяти с лишним лет от роду когда-то давно работал в горах и вывихнул плечо – плечевой сустав выскочил у него из суставной сумки. В трёх больницах ему помочь не смогли, а дед вылечил. Каждый год этот старик привозил кого-то к нему в пригород на приём, но в этот раз приехал один и со слезами на глазах говорил слова прощания.
По желанию деда его похоронили за манговым склоном, чтобы он мог, как и при жизни, присматривать за плантацией, любоваться рассветами и закатами, видеть, как Маои, Айцзюань и Вэньсю возвращаются домой и опять отправляются на работу или учёбу.
Да, дедушка действительно ушёл. Дети и внуки проявили к нему ещё так мало заботы и уважения, а он взял и ушёл…
Прошло уже несколько месяцев после его смерти, а у Вэньсю перед глазами всё стояла картина былых лет: дедушка с бабушкой каждые выходные спускаются с гор, и вся семья ест рис, вылущенный из подобранных колосьев. Сейчас у них деревянный дом, на склоне появились водопровод и электричество, и семья ест белоснежный рис на завтрак, обед и ужин.
Но дедушка больше его не отведает.
– Не плачь, дедушка на небесах, там можно есть облака, сколько хочешь, – говорила бабушка, обнимая Вэньсю.