– Мы не будем вычеркивать никого, пока не допросим, – отвечает Экен. – Как я понял, опрос соседей, объявление в розыск и поисковые операции ничего не дали. Пора переключить скорость. Подойдите к этому творчески. Найдите его.
– Но если мы не видим целостности и не ищем связи между этими убийствами, мы можем что-то упустить. Могут погибнуть еще люди, если мы не будем смотреть…
– Смотрите на что хотите, но найдите этого Франка, – резко перебивает ее Экен. – Мы не можем позволить себе скандал вокруг истории с привидениями. С наркоманами и карманниками, которые околачиваются у городской стены, мы еще можем смириться. Но никаких серийных убийц. И точка.
– Поверить не могу, – произносит Санна, качая головой.
Экен наклоняется вперед и смотрит ей прямо в глаза.
– Я слышал, ты послала водолазов, чтобы найти маску той девочки. Работы надо будет приостановить. Все силы будут брошены на расследование убийства Мари-Луиз Рооз.
– Ты серьезно хочешь, чтобы я закрыла глаза на возможность существования серийного убийцы? – взрывается она. – Чтобы в газетах не появилось страшилок, которые отпугнут туристов?
– Нет, я хочу, чтобы ты вспомнила, как я всегда смотрел сквозь пальцы на твое своеволие. Не упрямься на этот раз, пожалуйста. Не все должно превращаться в борьбу.
Костяшки на руках Экена белеют. Эйр замечает, что негодование Санны дошло до предела. Она впервые видит ее такой.
– Мы с тобой оба знаем, что насилие здесь самый ходовой товар, – произносит Санна, уставившись в упор на Экена. – Мы каждый день спокойно выходим на разбитую булыжную мостовую острова, шлепаем по нечистотам, которые просачиваются в наши задние дворики после экспериментов, устроенных безграмотными политиками. Мы ловим тех, кто кренится вправо, и тех, кто валится влево. Но здесь другое. Тут мы имеем дело с человеком, для которого мир не выглядит таким размытым, каким его уже почти привыкли видеть мы…
– Черт побери, Санна, – прерывает ее тираду Экен и оборачивается к Эйр. – Ну а вы? Вы что, говорить разучились? Сидите тут и выжидаете, пока вас снова не переведут в НОР? Вы ведь только об этом и мечтаете, так?
– Запроси сюда
Эйр подскакивает на месте.
– Как? Неужели ты такая трусиха?
– Это слишком большая нагрузка для меня и для всех нас, – холодно отвечает ей Санна.
– Не желаю больше это обсуждать, – произносит Экен. – Мы не будем впутывать сюда НОР.
– Хорошо, – отзывается Эйр и делает Санне большие глаза.
– Мы сможем, пожалуй, держать ту женщину из Мюлинга вне поля зрения некоторое время, там ведь что ни день, то какой-нибудь наркоман помирает, – добавляет Экен.
У Санны темнеют глаза.
– У нас мальчик, который, возможно, видел, как убили его маму. Как ты считаешь, что с ним случится, если это дело не расследуют должным образом?
– Ты узнавала, есть следователь, который мог бы с ним поговорить, с этим малышом?
– Да. Ты же не планируешь и его отозвать?
Он мотает головой в ответ.
– Нет, но сосредоточьтесь на муже Мари-Луиз Рооз.
Санна подавленно вздыхает.
– Нам
– Куда это ты? – спрашивает Экен, когда она порывается встать и уйти. – Сядь-ка.
– Я не могу так работать.
– Санна…
– Мне нужен тайм-аут.
Эйр тоже встает.
– Оставьте ее. Я одна продолжу, – говорит она Экену.
– Нет, – решительно произносит Экен. – Санна, садись.
– Я больше так не могу, – холодно бросает она и выходит.
В кабинете повисает тишина.
– Она это серьезно? – интересуется Эйр. – Она уйдет в отпуск, прямо посреди дела?
Экен кивает.
– Она это серьезно.
– Ладно, тогда дайте мне шанс продолжить дальше одной, – отвечает Эйр. – Мне же Бернард может помочь.
Экен выглядит взволнованным.
– Если разразится шторм…
– Если все пойдет хорошо, я хочу вернуться в НОР.
Он внимательно разглядывает ее.
– А ты и правда не желаешь тут оставаться, так ведь?
– Я вас прошу только об одном: если я хорошо проведу это расследование, можете рассказать моему бывшему начальнику об этом и проследить, чтобы меня взяли обратно?
– Ну что ж, – произносит Экен, и в этот момент раздается стук в дверь.
Это Бернард.
– Где Санна? – возбужденно спрашивает он.
– В чем дело? – интересуется Экен.
– Водолазы нашли кое-что на дне карьера.
Адреналин пульсирует у Эйр в груди, когда они с Бернардом выходят из машины. Заполненный водой карьер распростерся перед ними, как огромная открытая рана. У скалистой кромки воды стоят два трясущихся от холода криминалиста и водолаз со своим снаряжением. Они уже начали паковаться и грузить все в машину.