Зная, что слезы неминуемы, папа приступает к действиям. Он оглядывает стол с преувеличенно встревоженным видом и приступает к тому, что я видела у него тысячу раз раньше, когда он притворялся, будто существует крайне важная задача, которую необходимо выполнить. Обычно это довольно впечатляющий трюк, но сегодня он выкладывается на полную.
– О нет! – восклицает он. – Мы разложили только красные салфетки. Нам нужны еще и белые!
– Неужели? – невинно спрашиваю я.
Он бросает на меня взгляд.
– Да, Кассандра. Ты же знаешь. У нас всегда должны быть и красные, и белые, – театрально произносит он, явно перебарщивая. – Чтобы подходило к вину.
Я подавляю смех.
– Точно. Как я могла забыть об этом?
– Мы принесем их! – предлагает Рокси, как и предполагал папа. Девочки сейчас на этапе, где без них домашние дела не делаются.
– Я помогу! – встревает Мо.
– О, чудесно. Спасибо, девочки. – Его тон сочится благодарностью, будто он только что не заставил их выполнить приказ обманом.
В тот момент, когда раздвижная дверь закрывается, я смотрю на отца.
– Первое: ты круто сработал.
– Спасибо.
– Второе: ты же понимаешь, что после золотой рыбки черепаха – самый простой питомец, которого только можно завести, верно? К тому же эти твари живут целую вечность, так что нет никакого риска, что ты спустишь их в унитаз, а потом придется заменять их тысячью других золотых рыбок, как ты поступил с моей.
Папа усмехается.
– Боже, ты и понятия ни о чем не имела, Кэсс. И поняла это слишком поздно.
– Ну да, ведь мой детский мозг должен был сразу же прийти к выводу, что моя рыбка сдохла, поэтому мои родители утопили ее труп в унитазе и продолжают заменять ее самозванцами? – Я обвиняюще смотрю на него. – Родители, которые так поступают, – социопаты.
– Ага, поговорим позже, когда у тебя появятся дети и их хомячка случайно съест краснохвостый ястреб. Ты бы предпочла, чтобы твой ребенок жил в неведении и любил хомячка-самозванца, или поделилась бы с ним всеми кровавыми подробностями? Весьма кровавыми, имею в виду.
– О черт, пап, с тобой так и случилось? Ястреб съел твоего хомячка?
– Да. – Его голос звучит мрачно. – А дедушка Лу усадил меня рядом и рассказал о его смерти в красочных подробностях. Я уверен, что если бы он умудрился сфотографировать эту бойню, то показал бы мне снимки.
Я разражаюсь смехом. О боже. Дед был крутым. Честно говоря, паршиво, что я потеряла обоих своих дедушек с разницей в пару лет. Но, по крайней мере, мои бабушки все еще живы и здоровы.
– Можно я открою тебе секрет? – спрашивает папа. Его взгляд устремляется в сторону кухни. – Я бы не прочь завести черепаху. Думаю, они классные. Но Ния этого не хочет. Она настаивает, что с ними гораздо больше хлопот, чем мы думаем.
– Может, есть определенная порода, с которой справиться легче, чем с другими, – замечаю я. – Ты хоть исследовал этот вопрос?
– Нет.
– А Ния?
– Не думаю. Она просто пресекла эту идею на корню. Сказала девочкам, что мы поговорим об этом в следующем году. – Папа на мгновение поджимает губы. Обдумывает. – Думаешь, мне стоит купить им черепаху?
– Необязательно. Но мне кажется, не помешает изучить все «за» и «против». – Дерьмо. Это не прибавит мне симпатии в глазах Нии. Я ей уже не нравлюсь. Но чувствую, что у меня есть долг перед сестрами, и нужно отстоять их мечты о владении черепахой. – То есть это ведь не повредит, верно? Самое меньшее, что ты можешь сделать, это пойти в зоомагазин и поговорить с кем-нибудь об этом вопросе.
– Ага. Полагаю, это сделать можно. – Один уголок его рта приподнимается, а затем его глаза загораются идеей. – Что у тебя в планах на завтрашнее утро?
– Эм. – Я бросаю на него многозначительный взгляд. – Потенциальный поход за черепахами?
– Чертовски верно.
Мы смеемся, обмениваясь загадочными улыбками, когда Ния и девчонки возвращаются, и мы все садимся за стол ужинать. Я как будто снова чувствую себя маленьким ребенком, делящимся секретом со своим отцом. Возможность сблизиться с ним выпадает крайне редко, моментов, когда мы по-настоящему близки, – без надзора моей матери или Нии, – почти не бывает. Когда остаемся лишь мы, я и он. Совсем как раньше, когда я была еще ребенком, а он – моим папой. Когда у него не было двух других дочерей или двух разных жен, обе из которых терпеть не могут находиться рядом со мной.
Я цепляюсь за эти моменты, ведь их так мало и они безумно далеки друг от друга.
Глава 10
Кэсси
– Не могу поверить, что мы это делаем, – шепчет папа на следующее утро.
– А я не могу поверить, что ты замаскировался, – отвечаю я нормальным голосом, поскольку у нас нет абсолютно никаких причин шептаться.
– Я же говорил тебе, подруга Нии работает вон в той пекарне, – протестует папа, кивая в сторону витрины магазина на другом конце торгового центра. Он хмурится. – Чандра. Она из родительского комитета мам. Не хочу, чтобы она меня заметила.
