— Что это не переход в мир магии, а ещё один природный накопитель, мы уже тоже поняли, — ядовито отозвалась Алиса.
— Да нет, я о другом. Хорошо, магия на Земле практически исчезла, но не совсем — мы с вами и здесь тому пример. Просто её производится сейчас в ничтожном количестве. Какая-то часть распадается, чего-то всасывают природные накопители вроде этого. Две тысячи лет назад это место буквально светилось от магии, которая переливалась через край. Почему потом про него забыли, хотя такие места наверняка искали? Тот же Йоханнес Маркус фон Штурм наверняка искал тщательно, и у него уже была возможность это место найти. Рядом Москва, наверняка он переписывался с учёными, в том числе и из России — какие-то слухи ему должны были пересказать, он бы сообразил. Но до начала двадцать первого века — вообще ничего. А сейчас Эрих не только всё нашёл, но сумел даже без погружения насосаться энергии, так что хватило и на аватара, и на вампира, и ещё осталось.
— А ведь действительно, — растерялся Кристиан. И пояснил для Яны с Ростовцевым: — Йоханнес Маркус фон Штурм — это мой учитель, он в своё время был крупнейшим теоретиком по магии. Ну среди современников, понятно. Всю жизнь посвятил исследованию древних трактатов и мест, потенциально связанных с магией.
— Мы же только сегодня вечером рассуждали про барьер вокруг этого места. Не сообразили? Вот он, перед вами автор этого барьера. Он же рассказал, что в качестве хранителей оставил на поверхности группу первых христиан, которые поставили церковь и молились. Вот именно на эти молитвы и веру прихожан с монахами и завязан каркас заклинания! Даже когда первые христиане в полностью чужеродном окружении за века ассимилировались и скатились обратно в язычество, обряды местных волхвов всё равно уходили корнями в христианство. Уже в десятом веке тогдашние христиане не могли пройти мимо такого совпадения, добавьте легенду про якобы проповедовавшего на Руси апостола Андрея Первозванного. Они строят монастырь апостола Андрея…
— И всё стабилизируется, — закончил за меня Ростовцев. — Пока в сорок первом монастырь не сожгли, и система понемногу не пошла вразнос.
— Да. Уверен, в стабильном состоянии заклинание поглощает почти весь избыток, который переливается из хранилища, а остальное расходовали монахи, даже не зная про это. На хороший урожай, на исцеление больных, какие-то мелкие чудеса и тоже обязательно хорошие, заклинание сработает как фильтр. Чем больше паломников, тем сильнее молитвы и больше расход избытка, тем быстрее всё вернётся в норму. И тогда ключ доступа вообще перестанет работать, не говоря уж про бессмысленность попытки обойти барьер жертвами. Внешнему воздействию просто не хватит энергии активировать переход. Это если без протекающей энергии, которая и создавала аномалию, кто-то вообще догадается про место.
— Осталось убедить моих соседей, что монастырь неподалёку нам необходим, — неожиданно тяжко вздохнул Ростовцев.
— О, с этим не беспокойтесь, — неожиданно хищно ухмыльнулся Кристиан. — Мы с Игорем без труда, зная, чего искать, найдём остатки самого первого поселения. Дальше раскопки, можно подкинуть артефакты, в том числе и отсюда, самые настоящие. Надо — организую так, что вообще ни у кого вопросов не возникнет. Потом дискуссия с привлечением Церкви. Никаких подделок, абсолютно достоверное доказательство версии про возможный визит апостола Андрея под Москву. Да ваши соседи наперебой поддержат, что рядом с вашим посёлком монастырь на месте официально древнейшей церкви России, а именно они и нашли. И чтобы потом их имена обязательно были упомянуты в числе первооткрывателей, меценатов-реставраторов и так далее. Или я ничего не понимаю в людях и в людском тщеславии.
— А что с этим Публием делать будем? — обеспокоенно уточнила Алиса. — Он же этот барьер строил и в любой момент может за него пройти. Ему не нужна свободная магия снаружи, барьер сам ему эту энергию накачает.
— Да ничего, пусть живёт спокойно, — искренне и одновременно сказали я, Кристиан и Ростовцев.
После чего Кристиан уточнил:
— Он человек явно адекватный и понимающий, с ним можно договариваться. Да и присматривать за одним магом куда проще и надёжнее, чем за сворой авантюристов разных мастей.
Дальше я громко, специально привлекая внимание, вздохнул:
— И остаётся одна проблема. Та самая гадость в пещерах, эти тени. Если мы их сейчас запечатаем, то проблему отложим, но не решим. Лет двести — и они выберутся. Сразу скажу, каждый решает за себя, но я иду. Я примерно представляю себе структуру таких заклинаний, они завязаны на материальный якорь. И если этот предмет разбить, то заклинание исчезнет.
