Рико вздрогнула, но не от слов Миты, а от темноты в его глазах. Она уже видела этот взгляд семь лет назад, когда Мита впервые пришел в магазин, увидев объявление о подработке. Тогда приглушенным, сиплым голосом он рассказал, почему хочет работать здесь. Ему не нравилось учиться в университете, и целыми днями он сидел дома и читал книги. В итоге его отчислили, и родители отправили его искать подработку. Мита считал, что раз он любит книги, то наверняка справится с работой в книжном…
Честно говоря, его не хотелось нанимать. Но в те времена экономическая ситуация была лучше, чем сейчас, и тяжело было найти людей, которые были бы готовы подрабатывать за низкую почасовую оплату. И не оставалось ничего, кроме как нанять его.
Однако работа книготорговца пришлась ему по душе. В кратчайшие сроки он улучшил сложный торговый зал технической литературы. Цудзи, ответственный в то время за этаж, ничего не делал, и Мита сумел продемонстрировать хорошие результаты. Окружающие его уважали, и это повышало его самооценку. Он становился более светлым и ярким. Казалось, что он избавился от своего затворнического прошлого.
— Я ненавижу, ненавижу тех, кто, не зная обстоятельств, начинает совать свой нос куда не следует! Лучше бы их вообще не стало!
Мита не изменился. Каким был в прошлом, таким и остался.
В глубине его души были сокрыты неизмеримые тьма и жестокость. Но даже в этой злобе он до сих пор думал об Аки.
Рико ничего не смогла сказать. Ей казалось, что она совершила нечто такое, чего не должна была.
— Простите, наговорил лишнего. — Мита пристыженно склонил голову.
Но, скорее всего, горделивому Мите стало стыдно не из-за всего того, что он наговорил, а из-за того, что потерял самообладание.
Мита встал с места и молча вышел из комнаты, не обернувшись. Рико, глядя на уходящую фигуру Миты, не в силах была даже пошевелиться.
— Нисиоке-то нелегко пришлось после вступления в новую должность. Ее отец потерял сознание…
— Но сегодня же она появилась на работе, значит, наверняка не все так плохо. Повторите, пожалуйста! — Мами протянула стакан официанту.
Аки молча ковырялась палочками в закуске. Темой сегодняшней встречи в баре книжного клуба «Кити-ёми»[47], организованного ассоциацией книжных магазинов района и других связанных лиц, стали продажи. На мероприятие в формате ток-шоу пригласили заместителя главы отдела продаж издательства «Вечерняя звезда» Сибату Сюнскэ, чтобы поблагодарить того за труды и поздравить с рождением ребенка. Другими словами, это была вечеринка в честь Сибаты.
Аки временами принимала участие во встречах книжного клуба, да и их отношения с Сибатой можно было назвать хорошими, поэтому сегодня она тоже пришла. И взяла с собой Мами. Ресторанчик под названием «Исэя», в котором они собрались, специализировался на якитори[48] и находился недалеко от парка Инокасира. Место славилось своим старинным стилем в здании с толстыми колоннами и деревянными половицами, потемневшими от дыма, а также невысокими ценами.
— Но ведь Нисиока — единственный ребенок в семье, и больше у нее никого нет, да и ухаживать за больными сложно, — сказал Сибата, ослабляя галстук. Он уже начинал пьянеть, и его лицо краснело.
Более тридцати человек собралось в комнате с татами на втором этаже. Из книжных Китидзёдзи присутствовало всего человек пять-шесть, остальные были или из других районов, или представителями издательств, преимущественно из «Вечерней звезды».
— А вы-то все знаете, Сибата!
Кто-то из подчиненных Сибаты подкалывает его. Кажется, его зовут Сэкигути или что-то в этом роде. Аки представили сразу стольким людям, что они все перемешались в голове.
— Кстати, Сибата, я слышала, что вы раньше встречались с Нисиокой… Это правда? — без какого-либо стеснения спросила Мами.
Вот черт! Хотя, кажется, все уже настолько пьяны, что не заметили ничего странного.
— Действительно, вроде ходили такие слухи. А на самом деле как было, Сибата? — подхватил разговор торговый представитель.
В последнее время Рико стала известна в профессиональных кругах. Все присутствующие ее знали.
— Ну-у-у… Это уже в прошлом. У меня сейчас и жена, и ребенок. — Сибата, сняв очки, вытер пот с лица влажным полотенцем.
Пытается скрыть смущение?
— Так слухи оказались правдой!
— Удивительно! Сибата и Нисиока! Ну, хотя вы почти одного возраста, вполне подходили друг другу, наверное… — прозвучало как укор в сторону Сибаты.
Хотя из-за роста этого особо не было заметно, живот у него выпирал. Волосы, с пробором набок, уже начали редеть. Он выглядел как типичный мужчина средних лет. Подобные высказывания возникали то ли из зависти, то ли из любопытства: как же так произошло, что Сибата смог заполучить молодую жену?
— А когда все это было?
— Ну, еще до моей жены. Эй, еще одну бутылочку саке! — Сибата пытался сменить тему разговора, но все настойчиво продолжали закидывать его вопросами.
